Страница 114 из 153
- Что-то его долго нет, пойду проверю. - коротко оповестил Джи и направился к двери, ведущей в комнату регистрации.
Стефан проводил его задумчивым взглядом, затем, подложив ладонь под подбородок, угрюмо уткнулся в запотевшее окно, выводя второй рукой на нем незамысловатые рисунки. Линераль, откинувшись на спинку дивана лениво блуждал взглядом по сидящим в зале оставшимся ночным завсегдаям, стараясь разглядеть одним богам известные вещи в этих красных от алкоголя лицах.
Кэнивэльский вдруг замер, перестав водить по мокроватому стеклу пальцем и резко стер ладонью большую часть осевшей на него влаги, и вгляделся туда, где сквозь бушующую непогоду ему показалось что-то странное. Парень сощурился, приглядевшись и вновь отчетливо заметил это: два сверкнувших голубоватых огонька, будто глаза на размытом силуэте, стоящем на опустевшей улице и смотрящем казалось прямо ему в душу. Некто со сверкающими глазами ритмично махал рукой, словно призывал юношу пойти за ним, и создавалось ощущение, что никто кроме Мауера не видит этот странный силуэт. Хотелось бы юноше свалить это на усталость и игнорировать странное видение, но интерес и непоседливость молодого разума взяли свое.
-Линераль, я выйду, воздухом подышу. - Коротко кивнул он отцу и под удивленным взглядом того, протиснулся и пошел к выходу.
- В такую погоду? - донеслось ему вслед.
Дверь хлопнула, и вопрос так и повис в воздухе. Фозаэрус ощутимо напрягся и хмуро поглядел в окно, которое только что мусолил его новообретенный родственник, и, ничего там не увидев, просто вернулся к созерцанию помещения, впрочем по-прежнему ощущая будто над ним нависла и уже тянетсяк глотке невообразимая беда.
По улочкам Рениана во всю гулял ветер, ревя и царапая лица всех, кто по какой-то причине встал у него на пути, сотнями тысяч маленьких снежинок.
Закрывая лицо одной рукой и придерживая у самого носа меховой плащ другой, Крозис пробирался по улице в ту сторону, где видел странный силуэт. На месте такового не оказалось, зато прямо между домами, на холмике, не так далеко Стефан вновь увидел его. Человек стоял, мерцая своими глазами цвета дневного неба и уже не махал рукой, а будто просто ждал, пока юноша последует за ним, что тот немедленно и сделал. В узком проходе между холодных стен гудели отголоски ветра, и залетали едва заметные вихри, разгоняя залежавшийся на каменистом полу снег, но все же это место было защищено от жуткой непогоды, и только над головой идущего, будто скача по крышам, словно дикие звери, носились холодные порывы ветра и бури. Пройдя островок спокойствия и вновь выйдя на открытую местность, блондин столкнулся еще и с проблемой, что дальше не было дороги, и пришлось пробираться по сугробам, да еще и в гору. И даже это не заставило распираемого любопытством юношу отступить, и он упрямо продолжал идти вперед, стараясь не выпускать из глаз, на ресницах вокруг которых уже давно покоились крошечные ледышечки, странного незнакомца. Тот же, когда парень подобрался совсем близко и был уже в паре метров, отчего мог достаточно четко разглядеть очертания, махнул рукой и, развернувшись, пошел еще выше, на небольшую гору, возле которой расположился городок. Видя впереди лишь расплывающийся силуэт, что, покачиваясь, без проблем пробирался, будто паря над сугробами, Мауер начинал все больше злиться даже непонятно на кого, наверно в большей степени на себя, что втянулся в это недоразумение, но пылающий внутри интерес не давал ему отступить и развернуться туда, где его ждало тепло и покой. Долго они так пробирались и когда вокруг совсем стемнело, то силуэт, ведущий уставшего и раздраженного блондина вдруг предстал перед ним в новом свете - он не был темным, как показалось Мауеру прежде, даже наоборот - он будто светился в темноте, служа маяком следующему за ним. Наконец Кэнивэльский увидел место назначения, куда они так усиленно и долго стремились - высокий узкий вход в пещеру, чернеющий даже вэтой непроглядной мгле, куда не залетало ни снежинки от поперечно дующего ветра. Некто ступил на голый камень и под высокими сводами грода разнесся стук каблука. Стефан, едва дыша от усталости, ввалился вслед за проводником и тут же, почувствовав, что ветер больше не дует и снег больше не режет лицо, открыл то и от рук, и от одежды, растерев щеки. И вот он поднял голову, чтобы узнать, что за существо вело его за собой, и так и застыл, обомлев.
Посреди пещеры, едва светящаяся и облаченная в длинный, лежащий вокруг нее полукругом, абсолютно белый по-королевски великолепный плащ и такое же долгое платье, уходящее подолом в пол и расползающееся подобно плащу, стояла высокая эльфийка. Ее бледное, изящное лицо обрамляли волнистые, местами завитые волосы, часть которых была убрана в высокий пучок, а другая часть ослепительно белыми волнами спадала с узких, худощавых плеч. Тонкие руки были сложены друг в друга на уровне живота стоящей и были облачены в светло-голубые перчатки, достающие до локтей, где заканчивались сложными витиеватыми белесыми узорами. Перчатки эти были того же цвета, что и платье, которое так же, у самых ног представляло из себя искусное сплетение белоснежных нитей, мягко шевелящихся на ветру и сходящихся в узоры, так напоминающие те, что рисует утренний мороз на стеклах. Начинающееся серебряным кольцом на шее и заканчивающееся серебристой капелью на груди, на незнакомке было надето колье, украшенное светлыми топазами, турмалинами и сапфирами, а на изящных тоненьких пальчиках красовался перстень, изображающий обвивающего палец дракончика, в зубах которого был зажат алмаз. Светло-голубые, словно хрустальные глаза, мягко, но внимательно разглядывали вошедшего и, казалось, что ничего в этом помещении не скроется от этого взгляда, где бы оно не пряталось.
- Здравствуй, Стефан. - голос незнакомки прекрасной журчащей мелодией пробежался по всей пещере и оглушил своей красотой и чистотой стоящего напротив. - Я благодарю тебя, что ты последовал за мной весь этот путь и все-таки пришел.
- Кто Вы? - Непослушным голосом, подавив желание заикнуться, хрипло спросил юноша.
Девушка стала молча приближаться, и создавалось ощущение, что она не идет, а плывет по холодному полу. Она взмахнула рукой, отчего всколыхнулся широкий рукав платья, и от него взметнулись в воздух всполохи белого пламени, что отразились в слегка расширившихся серых глазах. По молчаливому велению неизвестной под самым потолком зажглось три магических светила такой мощи, что они осветили не только весь немалых размеров зал пещеры, но и узкий проход, уходящий вглубь горы. Пока парень зачарованно глядел на это беззвучное проявление сильнейшего колдовства, девушка приблизилась и остановилась за пару шагов он него.
- Мое имя Виолет Дэйн Зарес, но ты можешь звать меня просто Виолет. - Она улыбнулась, и ее улыбка показалось стоящему напротив самой прекрасной на всем свете.
- Приятно встретить вас, Виолет. - юноша учтиво поклонился, впрочем заметно нехотя: слишком сильно не хотелось ему отнимать взора от неземной красоты, пред которой он предстал. - Зачем вы привели меня сюда?
- Меня послал к тебе мой отец. - мягко ответила Виолет.
- Кто... Кто ваш отец? - недоуменно выгнул бровь юноша. - И откуда вам известно мое имя?
- От отца. - Все та кже спокойно продолжала девушка. - Ему известно все, Стефан Кэнивэльский, и его золотой взгляд пал на тебя. Радоваться тебе, или грустить, я, право, не знаю. - Она печально улыбнулась.
- Кто он? Кто ваш отец, миледи? - нетерпеливо воскликнул Кэнивэльский, делая шаг навстречу собеседнице и тут же отшатываясь, шокированный увиденным.
Прямо из-за спины Виолет распахнулись исполинские кожаные крылья, сверкающие своей белизной в свете магии, а из шелковых волос выросли изящные рожки. Голубые, топазовые глаза тоже изменились: зрачок сузился, став вертикальным, а лазурная радужка заполонила все пространство в глазу. В пещере повисла тишина и только гулкое дыхание капитана нарушало ее.