Страница 36 из 81
– Значит, ты можешь управлять воздухом?
– Все ангелы могут в определенной степени управлять стихиями. И некоторые из них более искусны, чем другие. Например, вода. Я могу заставить его закипеть или замерзнуть. Я даже могу вызвать дождь. Некоторые ангелы могут заставить реку течь в обратном направлении или...
– Они могут раздвинуть Красное море?
Она кивнула с намеком на улыбку.
– Да. Хотя что-то настолько большое требует предварительного одобрения и больших скоординированных усилий. Мы не часто делаем такие вещи, так как это имеет тенденцию быть замеченным.
Он фыркнул.
– А огонь? Ты можешь контролировать его?
Она пожала плечами.
– Немного. Ты бы видел Воинов Бога. Они великолепны. Они владеют огромными огненными мечами и управлять огненными колесницами.
Звучит впечатляюще.
– Они помогут тебе, если ты окажешься в опасности?
– Я... я не знаю, – ее плечи поникли. – Раньше они бы так и поступили.
– Молния, которую я видел в лесу, – это Закриэль управлял огнем?
Она скорчила гримасу.
– Он очень талантлив в метание огненных шаров.
– Он бросал их в тебя! Я видел следы ожогов на твоей спине.
Она потерла лоб.
– Он пытался отрезать мне крылья. Я отказывалась стоять на месте, вот так я и сгорела...
– Не ищи для него оправданий, – прорычал Коннор. – Если я когда-нибудь доберусь до него, он пожалеет о том дне, когда родился... или был создан... или вылупился из проклятого яйца, не знаю. Я знаю только, что он ублюдок.
Ее губы дрогнули.
– Это не смешно.
Она улыбнулась.
– Я ничего не могу поделать. Есть что-то очень привлекательное в тебе, когда ты становишься таким свирепым и грубым.
Он пожал плечами, хотя почувствовал тепло на своем лице.
– Так ты можешь защитить себя огнем?
Она поморщилась.
– Я никогда не была очень хороша в этом.
– Покажи мне.
Она поколебалась.
– Нам нужно выйти на улицу? Полагаю, что если ты устроишь лесной пожар, ты сможешь вызвать дождь, чтобы остановить его?
Она застонала.
– В этом нет необходимости.
Она подняла руку, протянув ее к камину.
Коннор почувствовал, как по комнате пробежала легкая дрожь энергии. Маленькое пламя вспыхнуло на полене в камине, а затем погасло.
Он моргнул.
– Ты... ты просто разминалась?
Ее лицо покраснело, когда она опустила руку.
– Это все.
Он оглянулся на камин, где над поленьем вилась лишь струйка дыма.
– Я видел больше огня на вершине праздничного торта.
Она вздохнула.
– Я никогда не развивала этот навык. Я не хотела этого делать. Это казалось разрушительным, и все, что я когда-либо хотела делать, это помогать людям. Мне нравилось быть Целителем.
Она выглядела такой подавленной, что он попытался придумать что-нибудь утешительное.
– Я... ты такая, какая есть.
Ее губы скривились, а глаза снова смягчились тем нежным взглядом, который заставил его сердце сжаться в груди. Он допил остатки крови и поставил бутылку на стол.
– Какие элементы остались? Земля?
– Я могу заставить землю содрогнуться. Это может помешать кому-то напасть на меня.
Он поморщился.
– Это коснется всех. Точно так же, как ты делаешь с воздухом. Это всех собьет с ног. Трудно выиграть битву таким образом... Если только... Как ты думаешь, ты могла бы научиться сужать свой фокус?
– Думаю, что смогу. Я видела, как это делают Воины Бога.
– Тогда вот как ты будешь защищаться, – Коннор встал и протянул руку. Она приняла ее, и он поднял ее на ноги. Он начал отпускать ее, но ее пальцы сомкнулись вокруг его руки.
– Спасибо за помощь, Коннор Бьюкенен.
Он с трудом сглотнул. Боже всемогущий, как же ему хотелось заключить ее в объятия и поцеловать. Будет ли она возражать? Или она растает в его объятиях? Воспользуется ли она некоторыми из тех советов, которые ей дали дамы?
Он моргнул и отвернулся. Он не мог позволить, чтобы его зрение покраснело. Она бы знала, что это значит. И если он поцелует ее, она сможет заглянуть в его черную душу. Сейчас же у нее сложилось ложное впечатление, что он добрый и благородный, и, помоги ему Бог, ему это нравилось. Он не мог потерять ее доверие и уважение.
Кроме того, не было никакого смысла сближаться с ней. Она хотела вернуться на небеса. Последнее, что ему было нужно в жизни, – это еще больше страданий.
Он отпустил ее и отступил назад.
– У тебя есть какие-нибудь ботинки?
– Да.
– Надень их и выходи наружу, – он направился к входной двери. – У нас много работы.