Связной

– У родителей небось воруешь?

– Да я, это, в лагере заработал! Че ты…

Света ответом не удостоила, он решился еще раз:

– Ну, так пойдем в кафе-то?

– Зачем''

– Ну ходят же люди куда-то! – отчаялся Леха.

– Люди вообще очень много глупостей делают.

Мимо проплыли дылды-переростки из тира, из Светкиной команды, критически осмотрев парочку.

– Прогулка под липами, – сострила самая некрасивая.

Леха окончательно стушевался.

– Господи, замуж тебе пора, Малинина, – устало ответила Света.

Они сели в трамвай, Леха спросил:

– Слушай, зачем тебе эта стрельба? В жизни-то навряд ли пригодится…

– Почему это? Я в Чечню завербуюсь, снайпершей.

– Как это? – испугался он.

– По контракту.

– За кого? – Леша совсем растерялся.

– Как за кого, за наших, конечно. Не за чеченов же.

– А-а. Ну да… А ты сможешь вот так вот, в человека выстрелить?

– Если надо будет, смогу.

– А-а… А вот в Израиле, там же женщины тоже в армии служат.

– Опять ты про свой Израиль.

Леху еще что-то мучило, и он наконец выдавил:

– Свет, а у тебя, это, папа твой, он, это… чечен… чеченец? Из Ичкерии, короче?

– Значит, так. Он мне никакой не папа – это первое. Во-вторых, он из Дагестана, это большая разница. Это второе.

Вагон звякнул и остановился, пассажиры начали выходить.

– Слушай, Климкин, у тебя вообще какая-то цель в жизни есть?

– Ну, я, вообще, хотел бы в Израиль уехать.

– А у меня цель – человеком стать. Понимаешь разницу? Все, пока, я здесь выхожу. Мне сестру забрать надо.

На террасе открытого кафе, на набережной, по которой ехал трамвай, сидел Алик. Пил кофе, смотрел на воду. Был он уже в хорошем костюме, в белой рубашке. Заметил, как на углу снаружи появился разведчик, потерся для виду, потом подъехал автомобиль.

Алик посмотрел на своих, – Миша вроде бы был в машине. Возле него крутился второй незнакомый, но ни Толика, ни Вити видно не было. Алик обвел глазами газетный киоск, парикмахерскую, набережную. У парапета стоял Артур в обнимку с девушкой. Алик покосился назад, он сидел спиной к воде, на случай чего, прямо возле балюстрады. Потом вроде за стеклом парикмахерской мелькнула Витькина башка.

Алик скучно посмотрел на приехавших. Вышел Костя с ребятами, помялись, зашли, Костя подошел один.

Миша, весь потный, в запертой машине наблюдал это через стекло. Параллельно сек в заднее зеркало второго «прикрывалу». Глотал минералку, на переднем сиденье лежал АКМ, на заднем Толик.

– Не спишь, Толик?

– Не. Чего там?

– Да ничего.

Алик слушал, слушал, потом вдруг пальцы с окурком зашевелились, но не щелкнули, а отправили его в пепельницу.

– Значит, место мое заняли? – уточнил он.

– Да, Алик, так решили. Только казну все равно возвращать надо.

– И сколько же там насчитали?

– Сегодня – миллион. Сегодня отдал – место свободно.

Алик посмотрел внимательно, полез в карман.

В секунду Миша весь покрылся потом, прикрывалы через дорогу встрепенулись, Артур замер, вцепившись в чугун, двери у машины приоткрылись.

Но Алик достал золотой «паркер». Потом стодолларовую бумажку. Подрисовал четыре нуля и вручил Костику.

– Держи. Хочу, чтобы прямо сегодня освободили.

Света вела Дину домой. Та шла сзади с подружкой, на Свету внимания не обращала. Подружка, с таким же бантом и точно таким же ранцем, все выпытывала Динины секреты.

– Она мне никакая не сестра. Она вообще подкидыш, наверное.

– А она с вами живет?

– Нет, она к нам только за деньгами ходит.

– А у нее родители есть?

Света остановилась, чтобы подождать.

– Можно побыстрее? Мне еще в магазин успеть надо.

Подружка послушалась.

Дина не хотела, но по инерции тоже пришлось пойти быстрее.

Во дворе, пока девочки прощались,

Света уже зашла в подъезд, вызвала лифт, Дина все медлила, пришлось выйти снова.

Дина шла в другую сторону, лениво помахивая мешком со сменной обувью.

– Дина!

Та даже не обернулась. Света, свирепея, направилась следом.

Вдруг ее обогнала машина, тормознула около Дины, дверь открылась, кто-то подхватил вторую девочку, водитель рванул с места. Все произошло в секунду, на глазах старух и мам с колясками.

– Дина! – отчаянно закричала Света.

Пока сообразили, запричитали, мамаши с колясками метнулись к подъездам.

– Дина!!

– Ты чего? – удивилась Дина, выглядывая из-за двери подъезда, где были нарисованы классики.

Света схватила ее в охапку и потащила домой.

– Портфель! Портфель! – заорала та.

– Милицию надо! – кричали с балкона. – Номера-то кто запомнил?

Потом выбежала рыхлая женщина в халате и, задыхаясь, стала метаться по двору.

– Ребенка украли! – голосила чья-то бабка.

Динин портфель так и стоял на тротуаре, когда из подворотни с громким ревом выбежала ее подружка. Мамаша бросилась к ней, снова высыпал народ из парадных. Какой-то дядька, родственник, схватил ребенка и побежал домой, мамаша ринулась следом.

– Ее из машины выкинули, – крикнули из толпы наверх.

– А? Чего? – донеслись голоса с балкона.

– Из машины выкинули, говорю, перепутали! Ту, другую, украсть хотели!!

Жильцы загудели, несколько голов повернулось в сторону подъезда Дины.

Толстая мама, рыдая на бегу, все же сделала крюк, чтобы забрать портфель. Ей что-то покричали, указывая на ошибку, но мама уже скрылась в парадке, и дверь захлопнулась.

Во двор въехала машина Алика и остановилась. Подошел Толик, кивнул, открыл дверь. Все вышли – девочки, Алик, бледная Наташа, – зашли в незнакомый подъезд.

Лифт поднялся, около опечатанной двери в квартиру уже ждал Витек.

В квартире Алик сказал:

– Значит, так, девочки, останетесь здесь. Шторы не трогать, по телефону не разговаривать. Понятно?

– Продукты вот, – встрял Толик.

– У меня вообще-то завтра тренировка.

– Ничего, я потом сам тебя потренирую.

– Я с ней не останусь, – заявила Дина.

– Останешься и будешь слушаться.

Дина мрачно осмотрелась.

– А чего здесь воняет?

– Алик, я с ними останусь, – вступилась Наташа.

– Со мной поедешь, все должно быть спокойно. Дети у родственников, мы дома. Завтра решим все.

Алик направился к выходу.

– Что-то, правда, запах какой-то… – обернулся он. Толик быстро исследовал пространство и вынырнул с круглым аквариумом на вытянутых руках.

– Рыбки тут… Испортились… – пояснил он на ходу.

– Доченька, Свету слушайся, я завтра приеду, – храбрилась Наташа. – И чтобы в девять спать.

– А если хозяева вернутся? – спросила Света.

– Не вернутся. Хозяин умер недавно. Не бойся. Содержимое аквариума с шумом схлынуло в унитаз.

– Ну, пока, – махнул Толик. Дверь закрылась,

Витек снова поставил снаружи печать,

а девочки так и остались стоять в коридоре. Света осмотрелась, подошла к окну.

Уже стемнело, она смотрела телевизор, зашла Дина в макияже и фетровой шляпе.

– Ты зачем накрасилась?