Страница 26 из 85
И Молли стремительным, захлёбывающимся шёпотом, пытаясь, чтобы на лице оставалась самая что ни на есть приятная и ни к чему не обязывающая улыбка (эх, как же она хорошо получалась, скажем, у мамы! Вот где пригодились бы уроки, а она, Молли, не слушала…), торопливо рассказывала Таньше, что случилось. Как её захватил Особый Департамент. Что ей пришлось измыслить, спасаясь. О том, что ей поверили, особенно после того, как записки стали исчезать из тайника. И что записки, конечно же, ловушка. Что возглавляет всё это дело лорд Спенсер, которого она чувствовала ещё по дороге за перевал. Что у неё исчезала магия, а потом вновь вернулась, когда надо было защищать братца. Что у него, у маленького Билли, похоже, тоже есть дар и он начинает пробуждаться, оловянные солдатики двигаются сами собой.
И что так и не вернулась Ди.
Таньша молча слушала, склонив голову.
– Они отпустили тебя? Поверили в то, что ты шпионишь?
Молли кивнула, продолжая улыбаться самым светским образом. Или, вернее, надеясь, что улыбается самым светским образом.
– Как видишь. Поэтому я пишу вам эти записки, где есть кое-какая правда, но в основном…
– Это мы поняли, – перебила Таньша. – Не бойся, мы по-прежнему будем их забирать, твои письма. Но всё равно, Молли, sestrichka! Тебе надо бежать. Вместе с братом. Долго эта игра продолжаться не может. Надо уходить. К нам, за перевал, обратно. Понимаешь?
Молли понимала. Конечно, мама и папа… но они поймут, если не согласятся уйти с ними – поймут, конечно же…
– Сейчас самое удобное время, – шипела Таньша в самое ухо. – Тебе поверили, тебя отпустили. Твоя семья свободна. Когда ты исчезнешь… Тебе здесь нет места, Молли! Возвращайся! Возвращайся домой!
Домой? Но её дом здесь, в Норд-Йорке…
Здесь? В Норд-Йорке, где тебе каждый миг грозит гибель? Где Особый Департамент ходит за тобой по пятам? А вернувшаяся магия грозит, мягко говоря, печальной участью? Что тебе тут делать? Забирай братца, садись верхом на медвежью спину – и обратно, за перевал! К госпоже Старшей. Которая, конечно же, успела поправиться, не могла не поправиться! Туда, на её двор, к чёрному Vasiliju и его сотоварищу Polkanu, где в неведомых тёплых тоннелях под горами растут себе молодые кракены, набираясь сил, чтобы выбраться в океан…
Там на серебряном подносе живёт и почти что не тужит голова бравого генерал-майора лорда Вильяма, презабавно заботящегося, помимо всего прочего, о красе собственных усов, что продолжают себе расти, несмотря ни на что.
Там кроются великие тайны магии, там начинается дорога к берегам неведомых земель – и разве не это её настоящий дом? Дом, где лежит её предназначение, её судьба?.. Разве не права Таньша?..
Нет.
Дом Молли Блэкуотер – здесь, в Норд-Йорке. И он нуждается в генеральной уборке. Если она убежит отсюда – то кто останется наводить порядок?
Но братик!.. Что она станет делать с ним?..
– Мы специально решили, что я должна сама пойти, с тобой поговорить! Письмом не обойтись, самой говорить надо, на такое дело кошку не пошлёшь!..
– Так Ди у вас? – обрадовалась Молли, ощущая, как с плеч сваливается гора.
– Да, да, у нас! Всё с Ди твоей в порядке, она с нами. Ну ты, наверное, уже и сама догадалась.
– Не, – помотала головой Молли. – Боялась, что она потерялась, пропала… И ко мне не вернулась почему-то…
– Ди-то? – фыркнула Таньша. – Она нигде не пропадёт. Очень умная у тебя кошка. И к тебе вернётся, дай только срок. А сейчас она там, где нужнее. Но не про Диану твою речь сейчас, sestra дорогая! А про то, что тебе бежать надо. С братом твоим.
– Мама… – начала было Молли, но Волка резко оборвала её.
– Ты своей маме живой нужна и на свободе. Не волнуйся, если даже их куда в ссылку отправят – мы найдём! Ярина… она далеко пробиралась, на самый юг, и я тоже сумею, если потребуется! Только тебе надо сейчас убраться отсюда, спастись!..
Таньша умоляюще стиснула руки. На них оглядывались – всё более и более пристально. Время стремительно истекало.
– Потом, Таньша, потом! – прошипела Молли. – Как я свяжусь с тобой?
– Мы тебя найдём, – посулила Волка, резко отпуская руку Молли; к ним быстрым шагом уже направлялся мистер Питтвик.
«А он не трус, далеко не трус, – растерянно подумала Молли, глядя, как Таньша исчезает в проходе, куда следом за ней решительно направился и толстяк. – Дал мне себя увидеть. Представился. Назвал своё имя. Он рискует, очень рискует. Что, если меня схватят? Начнут пытать?.. – Она зябко поёжилась. – Значит, я не имею права попасться. Ни за что. Второй раз им меня не поймать!»
– Молли! – наконец налетел на неё папа. – Куда ты делась?
– Да никуда, папочка. Всё время тут была. Знакомую вот встретила, – как можно более небрежно уронила Молли.
– Да, я заметил, краем глаза. Очень красивая девушка, – одобрительно кивнул папа. – Из старших классов, наверное?
– Она… да, училась у нас, потом ушла, уехала куда-то… вот вернулась… – пришлось выкручиваться Молли.
– Как её зовут? С кем же она приехала? Кто её отец, или дядя, или, не знаю, опекун? Меня другие джентльмены просто забросали вопросами, едва увидели с тобой! Как её звать?
– Она тут ненадолго, скоро уезжает, – пожала плечами Молли, игнорируя папины вопросы. – И вообще, папа, что это ты про неё расспрашиваешь? Не думаю, что это понравилось бы маме! Давай ты лучше возьмёшь меня под руку и расскажешь побольше об этом клубе?..
Упоминание мамы произвело поистине магическое воздействие. Куда там госпоже Старшей!..
Глава 6
…Остальное в тот вечер едва ли заслуживает упоминания. Молли старалась, как могла. Была любезна и весела. Обменивалась визитками. Разговорилась наконец с кое-какими девчонками – нашлись общие знакомые, а у многих, особенно дочерей военных, отцов лечил или вовсе спасал доктор Блэкуотер.
Сейчас Молли мучилась сомнениями, наблюдали ли за ней департаментские, пока она говорила с Таньшей. И чем больше думала, тем крепче убеждалась, что это рискованное дело, похоже, выходило самым надёжным.
В Пушечном клубе, как и во всех прочих аристократических, благородных заведениях, не имелось женской прислуги – значит, не переоденешься горничной. В Пушечном клубе работали только мужчины; но Медведь, увы, с трудом мог связать на имперском дюжину-другую слов, да и то – исключительно в инфинитиве; значит, и его не пошлёшь.
Но именно здесь, в Пушечном клубе, строже всего придерживались традиций. Если улицы могли кишеть соглядатаями Департамента, нагнать их сюда было бы несколько затруднительно. Одно дело – единственный доктор Блэкуотер, которого, оказывается, знают почти все офицеры Горного Корпуса, и совсем другое – департаментские шакалы. Конечно, если вспомнить о влиянии лорда Спенсера (никогда бы папе не бывать членом Пушечного клуба, если б не он!), всё может быть, но всё-таки, всё-таки…
И, самое главное, именно здесь они меньше всего ожидают появления «варваров». Они могут подумать про Таньшу что угодно, но только не то, что она – из Rooskies.
…А лорд Спенсер, едва отделавшись от храброго не по виду мистера Питтвика, как раз поспешил именно к ней, Молли. И весь остаток вечера наблюдал за ней – она уже научилась распознавать этот его холодный, буравящий взгляд. Таньша, та и того лучше умела, эх, эх, надо бы самой так выучиться!..
И Молли старалась. Улыбалась коммодорам и коммандерам, полковникам и даже генерал-майорам. Смущённо отводила глаза, когда её спрашивали о «пережитых ужасах». Разводила руками, если начинали допытываться о тех загадочных «егерях», что её спасли. Офицеры понимающе переглядывались, и чуткое ухо Молли уловило, как один из коммодоров полушёпотом бросил другому: «Нетопыри Спенсера, не иначе».
Молли это запомнила. И запомнила крепко.
Ах да. И ещё она станцевала с папой.