Страница 31 из 85
Митральеза наводилась.
А Молли, заглянув в себя, вдруг вновь ощутила пустоту.
Пустоту там, где следовало пребывать вернувшейся магии.
Волосы зашевелились у неё под шлемом.
Сеть лопалась, лопалась, но недостаточно быстро.
Волка взвыла.
Молли окатило словно крутым кипятком. Сила! Сила! Сила!..
Есть! Её мало, и она утекает. Она чужая, непривычная. Локоть-ла… времени нет!
Молли швырнула силой словно снежком – прямо в борт бронеползуна. Невидимый клубок, не преобразованный, не оформленный, не трансформированный…
Госпожа Старшая точно по заднице бы шлепок влепила. Не с размаху, а так, для острастки. Чтоб не небрежничала, доводила до конца каждое заклятие…
Нет, она не смогла разнести бронированное чудовище, подобно тому, как разносила их там, за Карн Дредом. Ползун не исчез в вихре взрыва, его борта не раскрылись, обнажая нутро, – просто блок стволов митральезы с жутким скрежетом вдруг провернулся дальше, чем нужно, и чуть выше.
В этот миг стрелок за бронёй нажал на спуск.
Открылся клапан, пар ринулся по патрубку, толкнул поршень, тот, в свою очередь, двинул тяговое дышло. Ударил по капсюлю боёк, митральеза выпалила из первого ствола, а пар уже гнал следующий, торопя, не давая ни мига передышки.
Молли увидела, как по толпе охотников и подоспевшей к ним подмоги словно прошлась незримая коса. Людей швыряло оземь точно тряпичные куклы, и по брусчатке щедро заструилась кровь.
Молли хотела зажмуриться, не смотреть – и не смогла.
Но этого мгновения как раз и хватило оборотням.
Сеть лопнула, Волка серой молнией взвилась над нею, одним прыжком оказавшись в мёртвой зоне митральезы, которую, похоже, заклинило, и теперь она поливала свинцом всё пространство перед собой, да ещё и поворачивалась.
Молли словно наяву видела сквозь серые броневые плиты намертво сцепившиеся друг с другом тяги, не разошедшиеся шестерни передач, включенную автоматическую перезарядку и автоматический же поворот блока стволов.
Следом за Волкой вырвался на свободу и Медведь. Одним прыжком оказался у самого борта бронеползуна, ещё миг – и оборотни перемахнули через механического монстра и исчезли.
Но прежде, чем исчезнуть, бросили – оба – на Молли последний взгляд.
Мы не сумели тебя вытащить, казалось, говорили они. Но ничего, sestrichka, мы вернёмся, вот увидишь! Мы обязательно вернёмся!
Сквозь облака рассеивающегося пара Молли видела, как распахиваются люки бронеползуна, как с криками оттуда тоже выбрасывается экипаж – потому что митральеза всё строчила и строчила, сметая загонщиков; и, похоже, внутри машины не в порядке было не только это.
И точно – ползун вдруг судорожно затрясся, задёргался, заскрежетал всеми шестернями, шатунами и коленвалами. С жутким хрустом рвущегося, пережёвываемого металла сорвался с места, слепо ударив в стену дома напротив, пробил её и замер, окутанный едкой цементной и кирпичной пылью.
Из распахнутых люков машины повалил пар, раздался громкий хлопок, и следом из тех же люков взлетели какие-то обломки и обрывки. Машина всхрапнула в последний раз и замерла уже окончательно.
Тишина – мигом сменившаяся криками о помощи и стонами.
Молли вжалась спиной в стену – вся улица перед ней была завалена телами и покрыта кровью. Убитые и раненые громоздились друг на друга: митральеза в упор – это страшное дело.
Уже бежали с носилками санитары, доносились команды, где-то вновь захлопали суматошные выстрелы, но Молли замерла в странном и пугающем спокойствии.
Она знала, что с Волкой и Медведем всё хорошо. Что они сейчас уходят от погони и никаким департаментским никогда не потягаться с ними ни в ловкости, ни в быстроте.
Она закрыла глаза. Всё сделалось неважно, и даже зияющая пустота в груди, там, где была магия. Молли твёрдо верила, что она вернётся. Даже не верила – знала.
Магия вернётся в нужный момент, когда это будет и впрямь вопрос жизни и смерти. Молли пока не может этим управлять. Не знает, как вновь вызвать силу, не уверена, сколько будет этой самой силы.
От выжигающей боли внутри кружилась голова. Ноги обратились в настоящий кисель. Молли вдруг сделалось всё равно, что с ней самой – неважно, главное – что Медведь и Волка ушли!..
И потому совершенно не испугалась, когда рядом с ней на одно колено поспешно бросился сам лорд Спенсер.
– Мисс Моллинэр!..
– Ранена?! – выкрикнул кто-то, тоже падая рядом с ней, но уже на оба колена.
– Я… цела… – выдохнула Молли.
Лорд Спенсер медленно выдохнул через стиснутые зубы.
– Хвала всему святому, – проговорил он, выпрямляясь и брезгливо отряхивая полу своего длинного кожаного пальто. – Вы невредимы, мисс. Это всё, что я желал бы знать. Подняться сможете, мисс Моллинэр?
– К-конечно, ваша светлость…
Она старалась не смотреть на кровь и на людей, застывших на брусчатке. Некоторые, впрочем, ещё шевелились и стонали.
– Здесь разберутся без нас, мисс Моллинэр. Идёмте, я отвезу вас в Департамент.
– В Департамент? – испугалась Молли. – З-зачем в Департамент?
– Не бойтесь, – улыбнулся одними губами лорд. – Расскажу по дороге.
По дороге – то есть внутри роскошного локомобиля – Молли сидела, вцепившись в подлокотники и уставившись прямо перед собой.
Кровь на мостовой. Много крови, очень много. И убитые… тоже очень много.
– Мисс Моллинэр! – услыхала она наконец нетерпеливое. С трудом нашла в себе силы взглянуть лорду в лицо.
Он улыбался. Тонкой, змеиной улыбкой, крючковатый нос нависал над бескровными губами.
– Превосходно, мисс Моллинэр. Лучшего и желать нельзя.
Молли только и смогла, что открыть рот.
– Во-первых, мисс Моллинэр, вы были правдивы. Rooskies действительно заслали вас сюда как шпиона. Они действительно забирали ваши послания из тайника – забирали посредством своих особых способностей, столь ярко нам сегодня явленных. Они пришли на встречу, причём аж вдвоём, – наверное, почуяли неладное, они же варвары…
– А во-вторых, ваша светлость? – Молли удивилась сама себе, как это у неё вообще получилось хоть что-то из себя выдавить, да ещё и столь светским тоном, когда перед глазами были одни лишь залитые кровью камни.
– А во-вторых, моя милая и бесстрашная мисс Моллинэр, – лорд улыбался всё шире и шире, – обо всём случившемся мы с вами напишем большое и подробное письмо. Остальным… членам моего круга пэров Королевства. Они требовали от меня немедленного действия. Что ж, пожалуйста, вот вам результат. Плачевный. К моим предостережениям не прислушались. Им же хуже. Я сделал всё, как мне посоветовали… как мне весьма настойчиво посоветовали… более знатные особы. Не много найдётся таковых в Королевстве, однако они есть. Пусть ознакомятся с плодами своей спешки и слепоты – весьма избирательной, позвольте добавить.
И лорд Спенсер злорадно потёр руки.
– Я не приношу своих извинений, мисс Моллинэр, за пережитое вами. Вы доказали свою преданность Короне, и ходатайство о возведении вас в достоинство Ордена Виктории с вручением соответствующего креста будет мною написано и отправлено незамедлительно.
Это было неправильно. Ужасно, совершенно неправильно, неправильно целиком и полностью.
– П-почему вы мне всё это говорите, мой лорд?.. Ведь это же… секретно, наверное?
– Секретно? – Лорд Спенсер растянул тонкие губы в ехидной улыбке. – О да, разумеется, мисс Моллинэр. Строго и совершенно секретно, только для высшего начальствующего состава Особого Департамента. Но дело в том, мисс Моллинэр, что вы, как я уже имел честь довести до вашего сведения, умны и отважны не по годам. Путешествие к варварам очень вас изменило. У меня, мисс Моллинэр, на вас весьма, весьма большие планы. Равно как и большие надежды. И лучше бы вам, мисс Моллинэр, эти надежды оправдать.
Молли сидела ни жива ни мертва и никак не могла разжать вцепившиеся в край сиденья пальцы, хоть они уже онемели. И почему-то сейчас ей было куда страшнее, чем тогда, когда в неё летели револьверные пули.