Страница 83 из 85
И что делать ей? Вновь идти «отбивать своих»? Но пэры не бахвалились…
Она вновь вспомнила свою последнюю атаку. Харкала кровью, но удар нанесла, и это был настоящий удар.
Пэры выдержали, выстояли. И, если б не мама с папой, трудно сказать, чем бы всё это кончилось.
Они отличались от других, эти пэры, очень сильно отличались. Нет, не магики. Но явно умеющие с магией обращаться.
Живое железо под городом, следы той самой магии, что не нашла себе иной дороги. Но тут ещё требовалось время, много времени… которого у тебя, Моллинэр Эвергрин Блэкуотер, не было и нет.
– Молли?..
Только теперь она поняла, что Таньша в третий, наверное, раз окликает её по имени.
Они все смотрели на неё. Таньша, уронившая руки, пальцы все в крови; Всеслав, голый до пояса, оба плеча перебинтованы; мистер Питтвик, что смотрел на неё как-то особенно пригорюнившись, со смертной тоской во взгляде.
Ярина, как обычно, где-то пряталась то ли мышкой, то ли ящеркой.
И даже кошка Ди, даже она глядела на Молли разом и требовательно, и испуганно.
А сама Молли ощущала себя сейчас словно из-под парового катка.
Она балансировала на самом краю бездны. Она вот-вот могла вспыхнуть – тем самым последним пламенем, от которого даже лучшему магу нет ни спасения, ни защиты. В ушах звенело, голова кружилась – тебя в гроб укладывают в куда более привлекательном виде, как сказал бы коммодор сэр Реджинальд Картрайт.
Больше всего хотелось сейчас свернуться калачиком, накрыться с головой одеялом и не шевелиться. И чтобы рядом мурчала тёплая и пушистая кошка Ди. И чтобы лежать так долго-долго.
– Оставьте её, мисс Таньша, – вдруг вздохнул мистер Питтвик. – Оставьте её, у мисс Молли шок. Она дралась поистине как богиня войны, отправила на тот свет неведомо сколько шавок Департамента… думаете, ей это далось даром? Оставьте её, повторяю, я скажу вам, что делать.
Брат и сестра оборотни разом воззрились на тучного хозяина.
– Мне ваших гиней не надо, – тяжело проговорил тот. – Пойду снова разузнавать, что случилось, куда увезли пленников. Хотя не удивлюсь, что их немедля отправят на юг… или ещё куда.
– Куда? – немедля спросила Таньша.
– Слышал я разное, – покачал головой мистер Питтвик. – Ну, например, что огромное количество стали, угля и камня – гранитных блоков – из норд-йоркского порта отправляют почему-то не в столицу, не в Теотонию, или Галлию, или Иберию, но на некий остров… – Он быстро снял с полки роскошно переплетённый в кожу атлас, полистал, раскрыл, разложил складывающийся лист подробной карты.
– Остров Святого Эндрю. Там старый потухший вулкан… – При этих словах Молли передёрнуло, слишком свежа ещё была память о Чёрной горе. – С давних времён, чуть ли не докатаклизменных, там небольшой приорат, теперь-то уже закрытый. И якобы там Департамент строил что-то очень важное и продолжает строить.
– А почему ж вы раньше нам этого не говорили, мистер Питтвик?! – возмутилась Таньша.
– Потому что вы не спрашивали, – фыркнул толстяк. – Потому что там нет военных, или, во всяком случае, не было до недавнего времени. Можно было бы ожидать Королевского корпуса инженеров, а он там в отсутствии. Только Департамент. Вот что-то мне подсказывает, мисс Таньша, что едва ли теперь таких пленников станут держать где-то в пределах Королевства, я имею в виду – в тех пределах, куда мисс Молли сможет более-менее легко добраться. А тут, изволите ль видеть, больше ста морских миль по прямой до берега; от Норд-Йорка же все двести выйдет. Море бурное, на рыбачьем баркасе не доплывёшь. Во всяком случае, командуй я Департаментом, о чём-то подобном бы подумал. Но, – он хлопнул себя по коленям, – это всё, как говорится, слова и голоса. Буду слушать, буду осторожно спрашивать. А вы пока оставайтесь здесь и на улицу – ни-ни! Даже через подвалы. Мне вы, хе-хе, нужны живыми.
– Кому доставить вам эликсир, найдётся и без нас, мистер Питтвик, – холодно уронила Таньша.
– Вы не понимаете, мисс, – покачал головой хозяин. – Мне нельзя без эликсира, да. Но я с вами не из-за него. Я знаю, как вы относитесь к предателям, но я… – Он махнул рукой. – Я не хочу, чтобы Департамент правил бал и дальше. Вы – живое доказательство того, что они лгут.
Молли вспомнила инуитов, но вслух ничего не сказала. Кто знает, говорил ли правду ей пэр или лгал, как все они?
Вообще ей почему-то хотелось, чтобы Таньша разговаривала с мистером Питтвиком повежливее и подобрее.
Всеслав, похоже, понял – потому что встал, кривясь от боли, шагнул к хозяину, молча протянул руку. А на сестру бросил короткий сердитый взгляд.
– Спасибо, мистер Всеслав, – вздохнул толстяк. – В общем, оставайтесь у меня, никуда не выходите! А уж я разузнаю, что смогу. Опять.
* * *
Молли долго пребывала в полном оцепенении. Лежала, отвернувшись к стене, ничего не ела, пила сущую малость, когда уже начинало резать пересохшее горло.
Кошка Ди помогала, как могла. Лежала, свернувшись, рядом, обнимала лапками, грела, порой ложилась даже на грудь, и от этого странным образом становилось легче.
Оборотни сидели рядом, сменяясь. Молчали, не приставали, но их безмолвное присутствие помогало тоже. Даже ехидная и язвительная Ярина, когда перекидывалась обратно в девочку и усаживалась Молли на постель, беря её за руку, – поддерживала тоже.
Наверное, прошёл целый день. Или даже два – когда мистер Питтвик наконец позвал их всех «пить чай».
Толстяк даже не успел снять свой смокинг.
– Не зря, не зря плачу я взносы в Пушечный клуб! Ух, что там сегодня было! Захватили опаснейших магиков!
– Магиков? – вздрогнула Молли. – К-каких?
– Вашу семью, мисс Молли. – В руках хозяина забулькал чайник. – Вашего брата, «обладающего огромной разрушительной силой». Ваших родителей, «носителей скрытых способностей». И наконец, даже несчастную Кэтрин Миддлтон тоже записали в «потенциаты»! Можете себе представить масштабы их лжи, мисс Таньша? Мисс Молли? Вы, мистер Всеслав?.. Вы ведь меня понимаете, верно?
Медведь кивнул, молча, как и обычно.
– В город литерными поездами прибывают подкрепления. Особые Департаменты со всей страны шлют сборные команды. И сам Норд-Йорк наводнён войсками. Егеря, стрелки, даже сапёры и железнодорожники! Снимают команды с бронепоездов – и в город. Вас ищут, мои дорогие. – Мистер Питтвик злорадно ухмыльнулся. – Да только не найдут, куда им!
– А… Фанни… про неё… говорят? – слабым голосом спросила Молли, замирая от страха.
Мистер Питтвик кашлянул, потупился.
– Нет, мисс. Не говорят. Понимаю вашу тревогу, но это молчание ничего не значит. Зная департаментских, не сомневаюсь – уж они-то точно проболтались бы об «уничтожении пособницы злокозненных магиков». Так что не теряйте надежды, мисс!
– Я не теряю, – уныло ответила Молли.
– Вот и хорошо, мисс. Оставайтесь тут, приходите в себя, а старый мистер Питтвик станет смотреть и слушать!.. Пока не узнаю точно, что случилось с вашими родными.
Ночью, когда мистер Питтвик вновь пропадал в Пушечном клубе, а дежурила возле Молли Ярина, к самой Молли впервые пришла госпожа Старшая. Уже не голос её, не отдельные фразы, нет, старая волшебница словно сама оказалась рядом.
Это было настолько неожиданно и ярко, что Молли едва не перепутала явь с видением.
Вот сидит, склонив голову и осторожно касаясь её пальцев, нахальная и дерзкая Ярина, сейчас присмиревшая, едва ли не печальная. Улеглась рядом, обхватив лапками предплечье, пушистая и тёплая кошка Ди. Всё тихо.
И так же тихо через порог шагнула госпожа Старшая.
Молли дёрнулась, услыхала тревожный шёпот Ярины и только тут сообразила, что «превращальщица» госпожу Старшую не видит.
Старая колдунья выглядела скверно. Тяжело опиралась на клюку, левая рука, плечо все замотаны какими-то тряпицами, на голове – настоящий тюрбан повязок. Ещё острее стал нос, ещё глубже – провалы глаз.
Госпожа Старшая остановилась возле постели, коротко взглянула на Ярину, усмехнулась.