Страница 42 из 144
Словно вишенье румян, Словно селезень он бел,— Да усни же ты, буян! Не кричи же ты, пострел! Баю-баюшки-баю! Я на золоте кормить Буду сына моего; Я достану, так и быть, Царь-девицу для него! Баю-баюшки-баю! Будет важный человек, Будет сын мой генерал… Ну, заснул… хотя б навек! Побери его провал! Баю-баюшки-баю! Свет потух над генералом; Чернобровка покрывалом Обвернула колыбель — И ложится на постель… В темной горнице молчанье, Только тихое лобзанье И неясные слова Были слышны раза два. После, тенью боязливой Кто-то, чудилося мне, Осторожно и счастливо, При мерцающей луне Пробирался по стене. 1834
69. Автор и читатель
Автор Позвольте вам поднесть Тетрадь моих стихов… Читатель Извольте. Автор Прикажете прочесть С полдюжины листов? Читатель Увольте! Автор Статейки хороши — Вот эти, например… Читатель Прекрасны. Автор А сколько в них души! А рифмы, а размер! Читатель Ужасны! Автор Хочу, чтобы меня Князь Шаликов хвалил. Читатель Отрадно. Автор Почтеннейшему я Две книги подарил. Читатель Ну, ладно. Автор Я вижу, от стихов Вы любите зевать? Читатель Безмерно. Автор Плодом моих трудов Нельзя пренебрегать. Читатель О, верно… Автор Желаю вас спросить: Вы шутите иль нет? Читатель Немного. Автор Прошу не позабыть, Что колкий я поэт! Читатель Как строго! Автор Сатиру в целый том И сотню эпиграмм… Читатель О боже! Автор Во гневе роковом Готовлю я врагам… Читатель И что же? Автор Узнаете же вы, Что значу я между… Читатель Глупцами? Автор Восплещет пол-Москвы Правдивому суду… Читатель Над вами! 183470. Грусть
На пиру у жизни шумной, В царстве юной красоты, Рвал я с жадностью безумной Благовонные цветы. Много чувства, много жизни Я роскошно потерял И душевной укоризны, Может быть, не избежал. Отчего ж не с сожаленьем, Отчего — скажите мне — Но с невольным восхищеньем Вспомнил я о старине? Отчего же локон черный, Этот локон смоляной День и ночь, как дух упорный, Всё мелькает предо мной? Отчего, как в полдень ясный Голубые небеса, Мне таинственно прекрасны Эти черные глаза? Почему же голос сладкой, Этот голос неземной Льется в душу мне украдкой Гармонической волной? Что тревожит дух унылый, Манит к счастию меня? Ах, не вспыхнет над могилой Искра прежнего огня! Отлетели заблуждений Невозвратные рои — И я мертв для наслаждений, И угас я для любви! Сердце ищет, сердце просит После бури уголка, Но мольбы его разносит Безотрадная тоска! 1834