Страница 22 из 153
Глава 7. Волки
Глава 7. Волки
Нет такого понятия, как честный бой. В бою используют любое преимущество и любую возможность.
А. Сапковский
Бенджамин резко распахнул глаза, и его, все такой же слегка замутненный взгляд застыл, медленно двигаясь по небесному своду, где сейчас мерцали миллионы звезд, созвездий и планет, сплетаясь в захватывающий дух мастерством своего незримого творца, единый узор, полотно неземной красоты. Гелус - пурпурного цвета планета, обладающая ярким кольцом и отражающая ночные лучи светила не хуже луны, бледно освещала пространство вокруг. Парень долго лежал, не шевелясь, только рассматривая небо над головой и вслушиваясь в звуки вокруг. Он не совсем помнил последние несколько часов, только факт похищения и то, что однажды он проснулся и, кажется, был в пути с кем-то, но боль в голове и во всем теле в тот момент была настолько страшной, что ничего кроме нее Шэн запомнить не смог. Бен почувствовал, когда онемение с конечностей спало, что его руки весьма крепко связаны толстой веревкой, но ноги свободны. Парень слегка повернул голову в ту сторону, откуда слышалось мирное посапывание и легкий треск костра. Женщина, та, что везла его с собой, завернувшись в свою накидку, спала на куче сухой травы, подложив под голову седло Йорика, который пасся невдалеке, привязанный к какой-то коряге, торчащей из земли.
Бенджамин сел, почувствовав, как хрустят его суставы и кости, разминаемые после длительного застоя. Что его сильно удивило, так это то, что не было больше сильной головной боли, ломки, тошноты, головокружения и всех тех прелестей, что он ощущал во время поездки. Сев поудобнее, как мог размяв затекшие руки и ноги, Шэн снова осмотрелся, но уже основательно и с готовностью воспринимать новую информацию. Гелус был достаточно ярок этой безоблачной ночью, чтобы Бен без сомнений узнал место, в котором находился. Великаньи поля. Не сосчитать, сколько раз они с принцем ездили сюда на охоту. При воспоминании о Кэнивэльском, сердце юноши болезненно сжалось. Где тот? Что с ним? Жив ли он еще? Добрался ли до брата? Шэн искренне надеялся, что сможет узнать это когда-нибудь, и лучше, конечно, чтобы это "когда-нибудь" наступило пораньше. Вдалеке возвышались чернеющими исполинами великие стены древнего города Энавэл. Так близко, рукой подать, прямо сейчас вставай и иди туда. Но как бы хорошо сейчас телохранитель себя не чувствовал, легкая боль и недомогание давали о себе знать, и даже малейшее движение приводило его в дискомфорт. Оглянувшись, Бенджамин побледнел. Буквально в паре гектар от их стоянки раскинулся ужасающий и заставляющий поежиться даже при своем упоминании Пепельный лес. А это в свою очередь означало, что прямо сейчас они находятся в Гиблом прилесье, в том месте, куда даже бандиты не заходят, опасаясь того, что периодически выходит сюда из леса. Бенджамин сглотнул и автоматически потянулся к поясу за кинжалом, а после разочарованно вздохнул, когда, что ожидаемо, не обнаружил последнего на законном месте. Того забрали еще тогда, когда он попал под стражу, но парню было нелегко привыкнуть к такой абсолютной беспомощности.
Женщина, сопровождающая его, зашевелилась на своем месте и, что-то проворчав во сне, перевернулась на другой бок. В голове Бена носились тысячи мыслей, и все они были не самого радужного характера. Он откровенно был шокирован, насколько идиоткой нужно быть, чтобы остаться на ночлег в такой близости к Пепельном лесу, да еще и без охраны и всяких оповещающих сооружений, ну или чего-то такого. Кроме того, что прямо сейчас на него могли уже смотреть тысячи хищных глаз, юношу волновало еще и то, что он здесь не просто так, и с ним происходит что-то страшное и неотвратимое. Он плохо помнил разговор его похитителей, но точно знал, что в нем сидит какая-то зараза, которая убивает его изнутри, что-то связанное с кровью. Он не был лекарем и не получал соответствующего образования, но ничего хорошего формулировка "заражение крови" нести не могла по определению. И еще в его мозгу резкими рубцами вырезалась фраза "трое суток, потом он умрет". Он не знал, с чем связано его нормальное самочувствие сейчас, но глупцом не был и особо надежд на чудо не питал.
Недолго дали ему углубляться в размышления: со стороны леса послышался вой. Венера на своей импровизированной койке нахмурилась и снова заворочалась во сне, стараясь скрыться от раздражающего звука. Бен подполз к ней и аккуратно поднял с земли у самого лица лекаря ее нож, который она держала так чтобы в случае чего быстро схватить, видимо. Не слишком логичное решение, но Бен понимал, что перед ним отнюдь не воин, и неудивительно, что она не имеет опыта в таких делах. Обнажив лезвие, Шэн отполз ближе к уже потухающему кострищу и постарался оказаться за ним, но при этом не выпуская из виду то место, откуда слышался вой. Несколько минут стояла гробовая тишина, нарушаемая только сопением женщины и глубоким дыханием телохранителя. Когда он понял, что, кажется, опасность отступила, то сразу воспользовался моментом и стал упорно резать связывающие его веревки. Нож был тупым и резал плохо и за десять минут он только наполовину разодрал прочные путы, как его занятие нарушил шорох, прямо перед ним, буквально в паре метров, колосья и высокая трава поля зашевелились, будто между ними кто-то двигался. Шэн замер, выставил вперед все еще связанные руки с зажатым в них клинком, который, что парень здраво осознавал, являлся весьма посредственным оружием, и стал вглядываться в темноту, усиленно вслушиваясь и не дыша. Он почувствовал, как под рубашкой по спине скатываются холодные капли пота, а все тело стало бросать то в жар, то в холод. Бенджамин не знал, возвращается это болезнь, или же он просто слишком напуган, но это мало сейчас его волновало, он, не сводя взгляда с того места, где было шевеление, стал медленно проползать вперед. В этот момент все вокруг стихло, даже женщина на своей лежанке перестала сопеть, костер, недавно догорающий, потух, звенящая тишина опустилась на поле, и сам парень двигался как можно беззвучнее. Вот он уже почти у места, где он очнулся, а вот он, замерев, вглядывается в черноту перед собой, чувствуя, как его бьет крупная дрожь, и как гулкими ударами, словно молот о наковальню, отдает стук сердца в голове. Тишина стояла непробиваемая, и казалось, что мир вокруг замер, успокоился ветер, верхушки деревьев стали неподвижными, колосья больше не шевелились. Ничего.
Гулкое рычание раздалось в метре от Бена, и не успел он среагировать, как на него из травы бросилось что-то черное и огромное с пылающими в свете Гелуса глазами. Шэн выставил вперед кинжал, даже не рассчитывая спастись от смертоносных клыков зверя, и зажмурился. Но удара не последовало. Он распахнул глаза и увидел, как тварь отлетает обратно в траву, скуля и пища, будто ее сильно ранили, а над всем местом стоянки, примерно пять квадратных метров, едва засветился защитный шар, и поблек, как только тварь отбежала обратно в сторону леса, скуля и поджимая хвост.
Шэн осознал, что вокруг них действует защитное заклинание, и они в безопасности, но до сих пор его сердце бешено колотилось, а руки, держащие кинжал дрожали. Напряженное тело трясло, и оно не могло пошевелиться, не обращая внимания на потуги хозяина. Вдруг на плечи телохранителя принца легли теплые женские руки. Он дернулся и попытался нанести удар ножом, но тот был с легкостью перехвачен и отобран. До смерти испуганный взгляд был встречен спокойным и уставшим.
- Не вовремя ты проснулся. - Мягким голосом констатировала женщина.
Бенджамин не мог ничего ответить, его все еще трясло.
- На, выпей. - Венера протянула ему плошку с каким-то отваром. - Не бойся, волки сюда больше не сунутся, по крайней мере ближайшие несколько часов.