Страница 29 из 153
- Обсидиановый кальмар. Или Глубинный. Это зависит от того, насколько мы невезучи. - Впервые подал голос юноша, сразу не понравившийся Кэнивэльскому своим взглядом.
- Кальмар? - переспросила женщина с бинтами на руках, нахмурившись. - Они же... О нет...
- Сейчас у них сезон охоты. Что за идиот этот капитан, что повел свое судно в такое время в эти воды?
У этого странного молчаливого юноши были недлинные, собранные в растрепанный пучок смолисто-черные волосы, которые кое-где разбавлялись парой седых волос, не слишком естественных для возраста их хозяина. Через все лицо юноши проходил легкий, едва заметный шрам, схожий с тем, что Стефан видел у своего отца на плече - его тогда очень сильно подрал лесной лев, это след когтя и при том немаленького, принц не сомневался. Кто же этот парень? Охотник? Судя по всему, он неплохо разбирается в тварях, вроде этого... Кальмара. Из-под рукава загадочного незнакомца слегка показывалась часть какой-то некрупной татуировки, изображающей перекрещенный символ, что Стефан точно видел где-то, но не мог понять, где.
Корабль затрещал и резко наклонился, отчего все, кто находился в камере и был достаточно далеко от решетки, и кому не за что было зацепиться, оступились и попадали на пол. С потолка, из щелей, стала вытекать не только кровь, но и морская вода, достаточно быстро затапливающая все помещение. Вслед за потолком, вода стала проникать еще и из-за стен, те трещали от массивных ударов, наносимых по кораблю со всех сторон, и трескались, пропуская настойчивую жидкость.
- Нам нужно выбираться отсюда! - Выкрикнул Кэнивэльский.
- Здоровая мысль, парень, есть предложения? - Едко поинтересовался кареглазый.
Стефан только молча переводил взгляд с трещащих досок на решетку и обратно, но ответить так и не смог.
- Можно попробовать сломать эти доски. - Взрослая женщина указала на потолок.
Все переглянулись, и взгляд каждого ожидаемо остановился на крупном пожилом воине. Тот задумчиво окинул взглядом камеру и потолок, в особенности, а потом плюнул и скомандовал:
- А ну, подсадите меня!
Стефан и кареглазый встали с двух сторон от него и сделали из своих рук опору, на которую тот взобрался и ухватился за, уже порядком выделяющийся, торчащий кусок древесины, но как он не дергал, ничего не выходило, проклятое дерево не хотело поддаваться.
- Беспол...
Мужчина не успел договорить, как раздался очередной рев, и новый удар обрушился на корабль, отчего парни потеряли равновесие и разлетелись в разные стороны, а сам мужчина, больше не имея под собой опоры, остался висеть на выступающем куске потолка, за который он ухватился. Ничто не мешало ему спрыгнуть, но он из последних сил держался, стараясь собственным весом выдрать доску.
Тем временем все больше появлялось трещин в стенах судна, и вода, залившая весь этаж, уже доходила почти до колен пленных.
- Мы тут к чертям утонем. - Угрюмо констатировал кареглазый.
- О, Мор, помоги мне.- Прохрипел пожилой мужчина, спрыгивая с неподдающегося куска дерева в плещущуюся воду.
- Этот твой Мор нас в такое положение и завел! - Зло выругалась рыжая, молчавшая до этого.-А я ведь знала, что не нужно покидать деревню! Я теперь умру здесь! Я не хочу умирать!
На ее глаза навернулись слезы, и она подбежала к решеткам, начав ломиться наружу и кричать какую-то несуразную дичь.
- Успокойся, идиотка. - Грубо отдернула ее от решетки женщина с бинтами. - Тебе эти решетки не выломать, и никто не придет на твои крики, надо думать, как выбраться.
Снаружи раздался еще один рев, на этот раз более протяжный и злой. Следующий удар по кораблю мог стать для него последним в жизни, если бы это судно не было таким крепким. Потолок над проходом между камерами затрещал и прямо в этот самый проход, уже достаточно подтопленный, опустилось нечто огромное и черное.
Девушка, что была у решетки, закричала и завалилась на спину, полностью погрузившись под воду. Никто не спешил ей помогать, все замерли в страхе и глядели, как огромное щупальце с сотней серых пульсирующих присосок оттягивается куда-то вглубь коридора, видимо туда, где сейчас находится его хозяин.
Стефан пару секунд глядел распахнутыми глазами на это отродье, потом обернулся и встретился взглядом со спокойным и совершенно невозмутимым парнем с пучком.
Кэнивэльский в пару мгновений сократил расстояние между ними и прижал того к стене, заговорив достаточно тихо, но перебивая стоящий вокруг шум.
- Ты знаешь, как победить эту тварь?! Отвечай!
Яркие, даже неестественно яркие, глаза этого странного парня пару секунд вглядывались в самое нутро Стефана, при том, что сам парень не спешил вырываться из дрожащих рук принца.
- Я знаю. Но я не могу. Зато ты можешь.
- Что? - Стефан слегка отпрянул. - О чем ты?
Вода уже доставала всем чуть повыше колен, вся компания, забыв о том, как отнеслась к выходке рыжей девушки, отпихивая друг друга, ломилась из камеры, стараясь сломать решетки, замок, или протиснуться между ними в залитый водой коридор. А тело той самой девушки так и лежало в воде, без движения, и никому не было до него никакого дела.
- Я вижу в тебе свет. Чувствую. Ты такой же...
- Какой?
- Неважно. Если говорить коротко - ты точно маг, и твоя магия может уничтожить эту тварь. Попросту испепелить. Видишь ли. - Парень мягко оттолкнул от себя Кэнивэльского.- Обсидиановые кальмары - магические существа, при это абсолютно неуязвимы к самой магии, в большинстве ее проявлений.
- Так чего ты от меня хочешь?
- Я сказал "В большинстве". Он уязвим лишь к белой магии, Священной, как ее называют у нас.
- Да что-то незаметно, что онк чему то уязвим. - Нервно усмехнулся Стефан, кидая быстрый взгляд в ту сторону, откуда сейчас слышался грохот и крики.
- Ты меня слушаешь?! - Разъярился синеглазый. - Я тебе простым языком сказал - он уязвим только к Священной магии, а белые маги сами по себе - весьма редкое явление. Где-где, а у вас в Носманде им неоткуда взяться, а если они и есть, то точно не пойдут работать на сраный корабль! Все эти стихийные маги, колдуны, ведьмы - они даже поцарапать Кальмара не смогут. А ты можешь.
- Нет. - Спустя пару секунд молчания откликнулся Стефан. - Я не могу. Я не владею магией. Может она во мне и есть, но я не умею ею пользоваться. Я не смогу.
Какое-то время парень упорно глядел в серые глаза, потом зло сплюнул и, отпихнув принца, тоже присоединился к другим, кто пытался пробраться через решетку.
Кэнивэльский почувствовал, как впервые за долгие годы к его горлу подступают слезы. Никогда он не чувствовал себя таким беспомощным и бесполезным, как сейчас. Подумать только - они в шаге от возможного спасения, но все рушится. И из-за кого? Из-за него! В раздумьях Стефан оглядывал камеру, и его взгляд наткнулся на тело рыженькой. Он тут же бросился к ней и поднял ее из воды, перевернув лицом к себе. Краска отхлынула от его лица, и в горле застрял ком. Девушка не дышала, ее губы были слегка приоткрыты, а изо рта вытекала струйка воды, смешанной с кровью. Рыжие локоны прилипли к лицу и шее, делая свою обладательницу такой спокойной, холодно бледной и нежной, словно фарфоровая куколка. Кэнивэльский с ужасом глядел на труп в своих руках, потом перевел взгляд на бушующую толпу у решетки, и злоба захлестнула его. Они все видели, что она упала, они видели, что явно была не в сознании, не могла подняться сама, почему о ней все забыли? Она ведь тоже человек! Невинный человек, по своей наивности оказавшийся тут! Почему так?!
Принц опустился на колени, отчего холодная, плавно пребывающая вода стала ему по пояс, и нервно сжал в руках вымокшие ткани на теле мертвой. Всем в этой камере, в этом корабле, а может ив этом мире, было глубоко наплевать на это юное беззащитное создание, создание, которое не смогло само себя спасти, а более никому, кроме себя оно и не нужно было. Глаза щипало от слез досады и отчаяния, и парню пришлось зажмуриться и проморгаться, чтобы взгляд не замутнялся непрошенной влагой. Корабль снова шатнуло, и где-то вдалеке раздался страшный треск. Грохот все не прекращался, и Стефан мельком подумал, что у Сэмьюилы весьма большой экипаж, раз они так долго держаться против неуязвимого к магии монстра глубин. Отчаяние и тяжелая холодная тоска новой волной захлестнули принца, руки его разжались, и он позволил рыженькой девушке, чье имя он таки не успел узнать, погрузиться в воду, чтобы потом снова всплыть, перевернувшись лицом к полу, печаль, гнев и пронизывающее чувство страха окружило Стефана, но вдруг сквозь эту гиблую пелену он почувстовал что-то, что-то такое знакомое, родное, теплое. Как будто тоненькая ниточка вела к нему откуда-то из глубины корабля. Распахнув взмокшие глаза, Кэнивэльский понял, что и вправду видит ниточку - едва заметную, едва колышущуюся, едва пульсирующую магическую ниточку, что шла откуда-то из коридора и упиралась прямо в солнечное сплетение принцу. От нее по телу расходилось такое невероятное тепло, что Стефан против воли улыбнулся. Сквозь шум и крики он четко расслышал тихую музыку, пение - нежное, светлое, обещающее покой и защиту, эта ниточка проводила эту песню и звала принца, чтобы он пошел по ней. Не желая противиться, он поднялся и, не обращая никакого внимания на мокрую одежду и кубические метры воды, заполняющие пространство вокруг и мешающие свободной ходьбе, пошел к решетке, даже не задумываясь над тем, как будет преодолевать препятствия на пути.