Рыжая вдова

— Никак нет. Это череда случайных совпадений. Я в этой ситуации потерпевший, тащ полковник. Ни о каких мошеннических схемах я не знаю. Замыслы полковника Филипова мне неизвестны. О том, что Хомяков незаконно присвоил себе колхозную землю, я не знал. Если бы знал, то привлёк бы органы правопорядка.

— Очень удобная у вас позиция, товарищ Карпов… — Анатолий Дмитриевич пальцами побарабанил по столешнице. — Очень удобная… Хомяков эмигрировал в Израиль, и его невозможно допросить. Филипов ничего не говорит, играет в молчанку, как партизан. А тут вы, обычный тракторист, внезапно разбогатевший и заполучивший в собственность огромный земельный участок стоимостью в миллионы рублей.

Словесная дуэль продолжалась долго. Полковник внутренней службы безопасности КГБ давил на Карпова, а тот строил из себя недалёкого деревенщину, который искренне верит в то, что является магом и ничего противозаконного не совершал.

Самое удивительное, что Анатолий Дмитриевич старательно игнорировал факт сражения Карпова с псиоником-террористом. Более того, он и само существование псионов тоже игнорировал, будто их никогда не было. После громких событий сентября девятнадцатого года в существование сверхъестественных способностей у людей не верили только самые упертые скептики. А тут высокопоставленный сотрудник КГБ, который отрицает реальность. Странно.

Пятичасовая «беседа» закончилась для Линаэля удачно. Жутко усталый Анатолий Дмитриевич, так и не сумевший добиться от Карпова чего-то большего, кроме ранее поведанной информации, проскрежетал зубами.

— Ладно, Карпов. Вижу, с вами бесполезно общаться по-хорошему. Удостоверение на стол и валите отсюда. Чернь с навозных ебеней в КГБ не нужна! Но помните, мы за вами следим и на вас подписка о неразглашении и запрет покидать страну на протяжении десяти лет.

Дмитрий с видимым спокойствием выложил на стол красную корочку. Стоило ему поднять задеревеневшее от длительного сидения мягкое место от стула, как полковник с мстительно-радостными нотками добавил:

— Землю вашу государство конфискует как незаконно украденную у колхоза. В Малые Мхи даже не думайте возвращаться. Пропуск туда вам никто не даст.

— Но как же?! А мои исследования в лаборатории? А мой дом? Это же частная собственность! Вы меня хотите лишить к ней доступа?

— Исследования продолжат настоящие учёные, а не трактористы с филькиной грамотой. Собственность, может быть, и частная, но она находится на объекте государственной важности под грифом секретно. Через охрану вам не пройти, — в голосе полковника добавилась тонна сарказма: — Можете на свой участок телепортироваться, вы же волшебник!

Последнее, что увидел Карпов, покидая кабинет, — гадостную ухмылку на лице Анатолия Дмитриевича.

На улице окреп мороз. В отличие от утра, по улице в центре города прогуливалось множество людей. Часы на смартфоне показывали три часа дня.

Карпов морально был опустошен, да и физически ощущал себя так, словно его провернули через мясорубку. Столь длительный допрос не каждый человек вынесет, а уж если при этом нужно строить из себя деревенского простофилю…

Запустив руку в карман, Дмитрий нащупал связку ключей от квартиры в Свиблово. Он решил первым делом поскорее забрать оттуда свои вещи. В душе мужчина порадовался, что не стал брать с собой подарки Арделю.

О командире он не беспокоился. Казнить его по законам страны не должны. Максимум полковника Филипова могут посадить в спецтюрьму для сотрудников правоохранительных органов. Ни одна тюрьма не удержит в своих стенах эльфийского рейнджера, которому перевалило за семь тысяч лет, даже если он находится в теле хумана.

Люди хитрые и изворотливые словно эльфийские аристократы. Особенно это относится к политикам и карьеристам из различных крупных организаций, к которым в том числе относится КГБ. То, что Арделя смогли переиграть хуманы, конечно, удивительно, но ничего совсем уж выходящего за рамки в этом нету. Такое сам командир не исключал.

Линаэль радовался, что его хотя бы не арестовали. Вот он вряд ли сумел бы сбежать из тюрьмы так же легко, как рейнджер. Но в то же время он яростно негодовал. Всё, что нажито упорным трудом, всё имущество и научные наработки канули единорогу в задницу. В дом не попасть. Лаборатория больше недоступна. А ведь он был близок к началу исследований маны, оставался буквально шажок. Ну ладно, не шажок, а десятки маленьких шажков, но ведь он был близок к разгадке тайны и получению мощного и неиссякаемого источника маны. Всего-то и нужно было потихоньку методом научного тыка перенастраивать генератор Хиггса на выработку различных видов энергии до получения нужного спектра. Год-два, максимум три — полная ерунда по сравнению, например, с натаскиванием ученика.

Поначалу Линаэль растерялся. У него было понимание, что стоит залечь и не отсвечивать. С одной стороны, им должны быть заинтересованы оркамисты. С другой стороны, наверняка за ним следят бывшие коллеги из спецслужбы. Не могли его отпустить просто так. Это очень напоминало ловлю на живца: проследить, выявить все контакты, а потом накрыть всех скопом. Но куда бежать? Как? Оставлять Арделя без помощи…

Для приведения мыслей в порядок Карпов зашёл в ближайшее кафе и заказал большой чайник чая. Согреваясь горячим чаем с вишнёвым пирогом, он успокоил мысли и вспомнил воинские наставления. Всё же хоть он и гражданский, но успел повоевать с орками и выучил наставления для эльфийских воинов назубок.

Ситуация, в которую попали Линаэль и Ардель, напоминала раскрытие агента во вражеском тылу. В таком случае рекомендуется забыть о товарищах, сбросить хвост и залечь на дно на длительный срок.

После кафе Карпов успешно забрал из служебной квартиры сумку с вещами. В квартире ещё никого не было. О «сбривании бивней» и даже о мимолётной встрече с Наташей он старался не думать. Сейчас было важно поскорее убраться из города, а лучше из страны. Мало ли, вдруг новое руководство КГБ передумает.

Поэтому первым делом Дмитрий отправился в ближайший офис сбербанка и, пока возможно, сделал сетевой доступ к управлению своим банковским счётом. Затем он по проверенной схеме купил на всю наличность биткоины. С момента продажи криптовалюты её курс резко упал, а в последнее время начал потихоньку расти. Карпов за год неплохо потратился. На этот раз он сумел приобрести четыреста восемьдесят восемь биткоинов, а оставшиеся на счету деньги снял в банкомате наличными.

Из всех ценностей у него остались обещанные командиру кинжал из адамантия и бронежилет с пластинами из этого же металла. Его костюм изнутри под подложкой был прошит кусочками адамантиевой фольги. Ещё по-приколу один из лаборантов сделал Карпову в подарок на новый год корпус телефона из сверхпроводника, причем внешне смартфон не отличался от заводского. Ещё при нём остались девять заполненных накопителей. Первые три в виде привычных камней, хранившихся в сумке, а остальные уже более цивильные. Будучи главой лаборатории и имея доступ к любым материалам, Карпов изготовил шарики-накопители из сплава мифрила, серебра и орихалка. Эти бусины размером с маленькую горошину были помещены в корпуса в виде полусферы из адамантия, и из них был изготовлен браслет на руку. Полсотни бусин, крошечных, но вместимостью в стандартный малый накопитель, плотно прилегали к коже предплечья. Адамантий не позволяет мане рассеиваться, орихалк и мифрил способны сохранять заряд маны почти вечность, серебро повышает проводимость маны, а контакт с кожей позволяет быстро сливать (что пока невозможно) и поглощать ману почти без потерь. При этом накопители выглядели дешёвым фиолетовым украшением. Ну и последнее сокровище — флешка, на которой хранится хеш биткоинов.

Знал бы Линаэль, что всё так обернется, он бы извернулся и наделал бы на своем теперь уже бывшем оборудование побольше ценных материалов. Не золото, не платину, а адамантия, из которого оказалось лучше всего делать камеру замедлителя генератора Хиггса, и сверхпроводников. Но пока не до этого. Первоочередная задача — сбросить хвост и свалить хотя бы из столицы.