Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 39 из 40

В числе тех, кто принимал в Берлине советских командиров по линии двустороннего обмена между рейхсвером и Красной Армией, был бывший военный атташе при германском посольстве в Бухаресте генерал-майор Карл Шпальке. О способах получения сведений о Красной Армии он рассказал на допросе 4 октября 1951 года: «Разведывательной деятельностью против Советского Союза я фактически начал заниматься с 1927 года. В тот период я служил командиром взвода 1-го кавалерийского полка в г. Тильзите и был прикомандирован к 5-му отделению 3-го разведывательного отдела Генерального штаба сухопутных войск в качестве сопровождающего переводчика для обслуживания командиров Красной армии, прибывающих в Берлин на учебу и маневры немецкой армии. Наряду с исполнением обязанности переводчика мне было поручено референтом Мершанским и начальником отдела Фишер проведение разведывательной работы против Красной армии, в частности собрать характеризующие данные на командиров Красной армии, к которым я был прикреплен в качестве сопровождающего переводчика, в беседах с ними установить: структуру Красной армии, ее вооружение, дислокацию отдельных частей. Это задание мною было выполнено. В беседах с командирами Красной армии мне удалось установить ряд сведений, которыми интересовался разведотдел Генштаба. В частности, я установил, что высшее командование Красной армии занимается вопросами высадки при помощи самолетов танкового и пехотного десантов. Будучи референтом, а затем начальником отделения разведотдела, я обрабатывал поступавшие в отдел разведывательные данные о Красной армии. Источниками являлись: официальная советская литература, газеты, журналы, а также брошюры и уставы военного ведомства Красной армии; донесения германского военного атташе в СССР в Москве Кестринга; информация немецких офицеров, бывших на маневрах Красной армии, и опросы немецких специалистов, работавших на предприятиях в СССР».

В их числе – следственные дела на 32 бывших сотрудников Министерства иностранных дел нацистской Германии, а также бывших сотрудников военных и полицейских атташатов германских посольств. Из этого числа 24 – бывшие дипломаты разных рангов [послы, посланники, сотрудники консульств, канцлеры (секретари) посольств и др.]. 5 человек имели звание в СА или СС: обер-группенфюрер СА (СС) – 1 (Адольф Гейнц Беккерле); оберфюрер СА (СС) – 2 (Вилли Редель и Вильгельм Родде); штандартенфюрер СА (СС) – 2 (Генрих Бирман и Карл фон Грегори). 8 следственных дел было заведено на германских военнослужащих и полицейских чиновников, из них военных дипломатов – 7 человек: генерал-лейтенант (люфтваффе) – 1 (Альфред Герстенберг); генерал-майор – 1 (Карл Шпальке); полковники – 2 (Альберт Дитль, Хорст Кичман); подполковники – 3 (Макс Браун, Вольф фон Гюльзен, Дитрих фон Эрцен); атташе полиции – 1 (штурмбанфюрер СС Густав Рихтер).

Изучение архивных следственных дел бывших дипломатов нацистской Германии показало, что в них содержатся интересные для исследователей документальные материалы о событиях в Европе, в том числе в СССР, охватывающие период от окончания Первой мировой до завершения Второй мировой войн.

В протоколах допросов и в собственноручных показаниях немецкие дипломаты рассказывают о дипломатических шагах нацистской Германии, направленных на подготовку войны против СССР (переговоры с возможными союзниками – Болгарией, Венгрией, Италией, Румынией, Финляндией и др.).

Так, в следственных делах на бывших дипломатов, которые перед войной работали в германском посольстве в Москве, несомненный интерес представляют документы, связанные с подготовкой нацистской Германией нападения на Советский Союз. Такого рода документы содержатся в следственных делах пресс-атташе посольства Готтхольда Штарке, а также работавших в посольстве в Москве Франца Бреера, Иоганна Ламла и Виктора Эйзенгардта.

В архивном следственном деле Карла Клодиуса подробно рассказывается о торгово-политических переговорах Германии с разными странами Европы и Азии накануне и в ходе Второй мировой войны: Венгрии, Греции, Турции, Югославии и др.

Оберфюрер СС Вильгельм Родде описал свою деятельность как сотрудника бюро Риббентропа в предвоенные годы в Великобритании, личное участие в создании германо-английского торгового общества – пронацистской британско-германской организации «Англо-германское товарищество» (англ. “Anglo-German fellowship”), контактах с представителями британских политических и деловых кругов, поддерживавших политику Гитлера.

Представляют интерес показания германского военного атташе в Финляндии полковника Хорста Кичмана о военно-политических шагах германского руководства по вовлечению Финляндии в орбиту деятельности Германии и в подготовку войны против СССР.

В материалах на бывшего атташе полиции безопасности СД в Бухаресте штурмбаннфюрера СС Густава Рихтера содержатся материалы о деятельности германских представителей и румынских властей по решению еврейского вопроса в Румынии, о политике румынского правительства в отношении евреев, о покушении на Гитлера 20 июля 1944 г., о работе СД в Южной Америке и др.

Даже такое краткое перечисление тематики, представленной в архивных следственных делах германских генералов и офицеров вермахта, представителей разведывательных органов Германии и бывших дипломатов, свидетельствует о том, что они представляют собой уникальные, ранее не исследовавшиеся исторические источники. Обязательным условием работы с такими источниками как документами архивных следственных дел является сравнение показаний военнопленных генералов и офицеров вермахта и германских спецслужб, а также бывших дипломатов с мемуарами, написанными ими после окончания Второй мировой войны и опубликованными на Западе, а также и в России.

3. Периодическая печать. К этой группе документов, хранящихся в ЦА ФСБ России, относятся газеты, издававшиеся в иностранных государствах, в том числе эмигрантская пресса. В этих газетах публиковались статьи и материалы о положении дел в среде русских эмигрантов180, в Советской России (СССР), об отношениях с иностранными государствами, делались прогнозы по развитию политической и экономической обстановки в РСФСР (СССР), анализировались внешнеполитические мероприятия, проводимые советским Наркоматом по иностранным делам. В эту же группу документов целесообразно отнести обзоры иностранных газет и бюллетени прессы, которые готовились специализированными подразделениями советских органов безопасности.

Октябрьская революция 1917 г. и последовавшие за ней события в Советской России вынудили отправиться за границу большое количество наших соотечественников (по разным оценкам – от 1 до 3 млн человек). После прихода к власти партии большевиков лица, погадавшие страну, были прежде всего политическими эмигрантами, которых объединяло неприятие большевизма. Их активная политическая и культурная деятельность за границей наложила отпечаток на историю развития Европы в период между Первой и Второй мировыми войнами, что также повлияло на определение хронологических рамок исследования «Зарубежное россиеведение» (1918–1940). Все это является частью истории России, а публикации в эмигрантской прессе содержат информацию об изучении российской истории «из-за рубежа».

Эмигрантская пресса в европейских странах зародилась в 1918–1919 гг. сначала в Финляндии, Латвии, Эстонии, а затем в Берлине, Праге и Париже, которые считаются наиболее важными центрами русской эмиграции. В начале 1920-х гг. там издавались десятки русских газет181.

Эмигрантская пресса является важным источником изучения истории России. Огромный массив публикаций можно условно разделить на два больших направления: отношение эмигрантов к Советской России и положение Советской России. Представленную на страницах эмигрантской прессы картину положения в Советской России необходимо рассматривать с учетом известных в настоящее время архивных документов. Информация, публиковавшаяся на страницах эмигрантской прессы, с одной стороны, обладала высокой степенью достоверности, а в некоторых случаях материалы, опубликованные в иностранной печати, предшествовали действительным событиям, которые происходили в период от нескольких дней до нескольких недель. С другой стороны, иногда на страницах эмигрантских газет желаемое выдавалось за действительное182.