Страница 25 из 38
Культура Мергара. Другая культура, предшествовавшая индской цивилизации и рассматриваемая как предтеча цивилизации Харапы и Мохенджо-Даро, это культура Мергара (Мергарха), названная так благодаря поселению – одному из наиболее значимых археологических памятников эпохи неолита (VII–IV тыс. до н. э.) на территории пакистанского Белуджистана. Поселение было обнаружено в 1974 г. французскими археологами под руководством Ж. – Ф. Жаррижа. Уникальность данной находки, а также ее значимость для изучения мировой культуры в целом и культуры Востока в частности заключается в том, что Мергар хронологически старше древнеегипетской и шумерской культур и является современником древнейшей из известных культур – Яншао (Китай).
Раскопки еще одного центра мергарской культуры – крупного укрепленного города Кот-Диджи (близ современного города Хайпур) показали, что уже в доиндский период на территории Индостана существовала высокоразвитая культура. В XXVII–XXVI вв. до н. э. город Кот-Диджи имел разделение на цитадель и нижний город. Представители мергарской культуры также жили в домах из сырцового кирпича, специально для хранения зерна возводили зернохранилища. Необходимо отметить, что в культуре Мергара впервые относительно всей территории Южной Азии археологически подтверждено развитое сельское хозяйство – выращивание таких зерновых культур, как пшеница и ячмень, разведение овец, коз, крупного рогатого скота. На закате культуры, в VI–III вв. до н. э., получают развитие ремесла, связанные с обработкой камня, кремня, дублением шкур, добычей руды и производством металла; широко развито ювелирное искусство.
Обнаруженная пластика мергарской культуры позволяет судить о внешнем облике жителей того периода и региона. Женские статуэтки свидетельствуют о традиции мергарских женщин носить богатые украшения (преимущественно, ожерелья), а также, помимо цилиндрических головных уборов, различные виды причесок – от простых до весьма сложных, требующих немалого умения древнего куафера.
Повседневность Индской цивилизации (Хараппа, Мохенджо-Даро, Лотхал). Несмотря на многочисленные археологические находки городов Хараппы, Мохенджо-Даро, Лотхала и других центров индской цивилизации, данная культура до сих пор вызывает массу вопросов и активных дискуссий. Одна из самых острых – проблема этногенеза представителей индской цивилизации. Высказывалось несколько предположений, одно из которых – шумерийское происхождение индской культуры. Оно основывается на выводах ученых-антропологов, исследовавших останки черепов на месте раскопок Хараппы и Мохенджо-Даро, а также на фактах обнаружения глиняных табличек и бронзовых печатей с протоиндийской письменностью при раскопках древнего Шумера. Однако первый «факт» весьма сомнителен, а второй лишь свидетельствует об активных связях (в том числе и торговых) между древними цивилизациями долины Инда и Шумера.
Вторая версия происхождения индской цивилизации – арийская, в связи с чем культура Хараппы и Мохенджо-Даро именуется еще и ведийской, что также не является достоверным. На самом деле, как было показано выше, являясь наследницей культуры Мергара, индская цивилизация имеет местное, по всей видимости, дравидское происхождение. Однако окончательно ответить на этот вопрос станет возможным лишь после дешифровки индской письменности.
Государственное устройство цивилизации долины Инда. Археологические находки дают нам возможность высказать некоторые предположения касательно социального и политического устройства территории распространения индской цивилизации, самыми крупными центрами которой (известными нам) являлись города Хараппа, Мохенджо-Даро и город-порт Лотхал. Прежде всего необходимо упомянуть о таких широко известных артефактах, как бюст жреца и фигурки танцовщиц-рабынь, что уже позволяет сделать первые выводы о классовом расслоении индского общества как рабовладельческого. Кроме того, среди многочисленных найденных глиняных табличек с образцами протоиндийской письменности найдены такие, где запись весьма короткая, и не исключено, что такая короткая табличка являлась неким удостоверением личности раба либо наемного рабочего. Доказательством имущественного и классового расслоения индского общества могут служить также и обнаруженные в Хараппе и Мохенджо-Даро руины бедных районов – остатки лачуг бедноты. Предположительно, рабы могли быть заняты на обмолоте зерна, переноске тяжелых грузов и т. д.
Однако при раскопках Лотхала подобных жилищ обнаружено не было, что позволяет предположить, что этот портовый город благодаря интенсивной, как бы мы сейчас сказали, внешней торговле процветал, и уровень жизни в нем был выше, чем, скажем, в авторитарной Хараппе.
Город индской цивилизации. Сам факт существования таких крупных городов, как Хараппа, Мохенджо-Даро, Лотхал свидетельствует о высоком уровне градостроительства в индской цивилизации. Как и в культуре Мергара, города долины Инда разделялись на цитадель на западе и на «нижний город» в восточной части. Безусловно, такое расположение увязывалось с сакральной географией, однако отношение к западной стороне, как к более священной по отношению к востоку, следует признать нетипичным для индийской традиции, да и для любой восточной традиционной культуры.
Цитадель, построенная либо на естественном возвышении, либо на искусственной насыпи, являлась административным, религиозным, финансовым и экономическим центром, там же была расквартирована и армия для защиты города и его жителей. На территории цитадели располагался главный храм с бассейном для ритуальных омовений, а также общегородской амбар. Цитадель была призвана защитить жителей города, помимо вражеских нашествий, от частых наводнений, вызванных разливом Инда. Цитадель имела хорошо укрепленные мощные стены и сторожевые башни.
«Нижний город», как правило, имел форму прямоугольника. Улицы индских городов были широкими и соединялись друг с другом под прямым углом. Ширина некоторых магистральных улиц, как правило, в 4–6 м, могла доходить до 10 м, что наводит на мысль о существовании на древних улицах Хараппы и Мохенджо-Даро двустороннего движения. В свою очередь, это свидетельствует прежде всего о наличии весьма интенсивного движения крупного индского мегаполиса (Мохенджо-Даро, занимая площадь в 2,5 км2, насчитывал от 35 до 100 тыс. жителей), а во-вторых, об организованности, пусть и самой элементарной, дорожного движения в крупных городах. Кроме того, углы зданий на перекрестках были округлой формы, что позволяло многочисленным повозкам поворачивать без риска задеть угол дома.
Необходимо отметить, что подобная планировка была свойственна всем без исключения городам долины Инда, что, безусловно, свидетельствует об общем плане застройки всех мегаполисов. Иначе говоря, города индской цивилизации имели общую стратегию градостроительства, подразумевающую выделение в обществе профессиональных архитекторов, строителей. В подтверждение существования единого плана градостроительства необходимо упомянуть и о следующем: археологические раскопки свидетельствуют, что некоторые дома были либо сожжены, либо частично разрушены, но восстановлены в полном соответствии с изначальным планом. Все это подтверждает высокий уровень организации индского общества.
Отдельного упоминания заслуживают искусные, по праву считающиеся наиболее совершенными на Востоке того времени канализационные системы, системы подачи свежей проточной воды (например, в бассейны для ритуальных омовений) и отведения сточных вод в городах индской цивилизации. С учетом особенностей индийского климата, высокой плотности населения, весьма низкого уровня санитарии и личной гигиены это имело исключительно важное значение. Канализационные системы, обнаруженные в Хараппе и Мохенджо-Даро, характеризуются наличием магистральных каналов, отстойников для нечистот, стоков для дождевых вод. Каналы возводились из обожженного кирпича и закрывались сверху таким же кирпичом либо же каменными плитами. Общегородская система водоснабжения индских городов также характеризуется наличием достаточного количества общественных колодцев.