Нашествие (Черная масть)

— Чер, Сова и Череп?

— Да, так называть. Ты знаешь — никто не сказать! Все вдруг забыть, что ты жить, возле река… Даже Белоглав! Они спрашивать Доктор. Но он молчать. Они бить один, другой люди. Трогать женщина, грубо говорить. Они вести себя, как очень плохой люди. Бить зубы Аптекарь. Сто…Стар…Стопарь! Такой трудный имя, тоже хотеть бить, но он отбиться и уйти с сыном в лес. Они видеть Бенедикт, говорить, что черный обезьяна, смеяться и кидать грязь. Продукты отнимать, уносить с собой. Тогда мужчины стали собираться и им пригрозить, но делать это не дружно, не вместе. Они избить многих. Бена… — Салли потупила голову. — Один поймать меня на берег, говорить — иди с ним, быть сытой, хорошо жить. Только… я спать с ними всеми, когда они хотеть. Я резко отказаться, бросать в него палка, а он…

Она приподняла рукав — на руке виднелся большой лиловый синяк…

— Мы говорить с Бен — он хотеть, уйти из поселок. Салли вспомнить твой приглашение… Доктор сказать нам, где искать ваш жилище. Мы прийти.

Она замолчала. Бен, поняв, что она все сказала, смотрела на нас выжидающе…

— Я хочу поговорить со своим мужем… — Ната показала мне глазами на дверь.

У Салли от удивления широко раскрылись глаза:

— Вы есть муж и жена? Но как? Вы есть такой молодой девочка? Я подумать, вы есть дочь, или… или просто жить рядом. Вы не шутить?

— Салли, я его жена…и Элина — тоже. Вас это коробит?

Салли замахала руками, быстро переводя Бену то, что она услышала. Чернокожий мужчина посмотрел на Нату, потом перевел глаза на Элину, зардевшуюся от признания Наты, потом снова на Нату, и, не сдержавшись, присвистнул. Салли укоризненно что-то произнесла, но он сделал жест, не оставляющий никаких сомнений в его отношении к нашему заявлению — поднял вверх большие пальцы на обеих руках!

— Он говорит, их родина тоже мужчина может иметь несколько подруг. Девочек брать в дом и воспитывать, как будущий жена. Это нормально. Он говорить, что ваши… жены, есть очень красивый!

— Спасибо, — Ната увлекла меня к двери. — Элина, предложи гостям еще чаю! Мы с Даром пошепчемся немного…

Мы вышли из дома…

— Дав согласие, ты только добавишь нам забот. Откажешь — потеряем возможных друзей, а они не лишние… Ты слышал, что рассказала Салли. Так как? — начала разговор Ната.

— Тогда этот вопрос нужно решать втроем. Элина тоже имеет право участвовать в разговоре. Нужно было позвать и ее.

— Она думает сердцем, а сейчас нужна голова, — Ната прислонилась спиной к дверям. — И вообще, это ты принимаешь решения… Кстати — Док, похоже, специально направил их к нам — как считаешь?

Я задумался. Принять Салли, Бена, и мальчика — значит, в принципе слегка усилить наш лагерь. В случае необходимости, легче устроить охоту, возвести какие-либо постройки, наконец — отразить и нападение возможного врага… Но и наши запасы пришлось бы делить на всех — не могли же мы скрывать от них то, что удалось нам вынести из подвала и тайника?

— Вместе все же легче.

— Я тоже так думаю… Пусть остаются?

— Да. Построим еще один дом, рядом. Я полагаю, обузой они нам не станут.

Мы вернулись в дом. Бен, прислонившись к бревнам, прикрыл глаза и отдыхал, со свистом втягивая воздух. Салли оживленно болтала о чем-то с Элиной. Девушка, увидев нас, встала со скамьи и, сделав шаг мне навстречу, поцеловала меня в губы.

— Она подумала, что мы ее разыгрываем, когда ты сказал, что мы обе твои жены. А я убеждала в том, что это правда. Вот и захотела ей доказать, что не вру. Можно?

— Докажи еще раз…

Ната улыбнулась, глядя на разинутый рот Салли, и мягко заметила:

— К этому сложно привыкнуть? Но для нас это тоже впервые… и ничего. Дар решил, что вы можете остаться. Нет, благодарить нас не надо! — она усадила порывающаяся встать женщину обратно. — Остаться-то, вы можете… Но, у нас есть одно правило! В этом доме старший — Дар. Если вы твердо решили не возвращаться, то должны подчиняться ему. Других условий у нас нет.

И я, и Элина быстро посмотрели на нашу подругу — я не ожидал от нее таких слов, как-то совсем забыв про то, как будут складываться будущие отношения в нашем маленьком коллективе. Но Ната сделалась серьезной и без улыбки ответила на наши взоры:

— Это наше решение… И оно — главное.

Салли, посмотрела на нас, пожала плечами и толкнула Бена. Негр — или мулат, как потом мы выяснили — очнулся моментально. Салли стала ему объяснять суть разговора. Бен сразу согласно кивнул, причем в довольно энергичной форме. Он ответил Салли гортанной, отрывистой речью и протянул мне руку.

— Бенедикт согласен. Он сказать, что так и должно быть. Если бы в поселке быть один человек, который руководить остальным, там быть больше порядок. Он думать, что вы тот человек, которому мы доверять. Вы есть рассчитывать на нас.

Так в нашем лагере стало на трех поселенцев больше. Нам пришлось отложить охоту, которую я хотел провести в ближайшие дни — для новых соседей нужно было устроить более комфортабельное жилище, чем навес под открытым небом. Хоть погода и дозволяла такое, но я хотел, чтобы они тоже имели хорошую и удобную хижину, вроде нашей. Кроме того, раз уголовники так интересовались моей персоной, то не следовало надолго покидать удобные для отражения любой атаки, дом и скалы…

Бен на самом деле оказался блестящим специалистом по ловле рыбы — Салли не преувеличивала, когда упомянула о его достоинствах! Он посмотрел, как Элина забрасывает удочку, покопался в наших запасах, что-то долго мастерил с крючками, и, с гордостью продемонстрировал всем сложную конструкцию. Мы отправились на берег — смотреть, как действует его изобретение. Мулат забросил снасть в воду, в руках у него остался длинный конец веревки, которой он привязал к колышку на берегу. Через какое-то время, он стал тянуть веревку, и мне пришлось ему помогать — так тяжело оказалось ее вытащить на поверхность. Едва показались первые крючки, как женщины стали громко выражать свой восторг — на снастях висело не менее десятка здоровенных рыбин! Большая ее часть смогла сорваться — мы провожали каждую криками отчаяния. Но и оставшейся, которую мы успели достать, хватило с избытком. Бен пояснил, что сорвались в основном со слабых крючков — слишком сильная рыба попалась. Будь там не обычные крючки, а специальные, приспособленные для ловли крупной добычи — все сложилось иначе! Он плохо говорил, и, при Салли, предпочитал совсем молчать. А она так вжилась в роль переводчика, что не давала ему сказать и слова. Пришлось вмешаться Нате — она пару раз оборвала женщину, когда она порывалась встрять в разговор, и это подействовало отрезвляюще. Бен поневоле стал пытаться говорить, а мы, хоть и с трудом — понимать его речь. Отношения между нами напоминали большую семью, и главой ее, как ни странно, стала именно Ната. И Элина, и Салли, слушались ее во всем. Первая, в силу уже сложившейся привычки доверять своей подруге, а вторая — потому что видела, как уверенно себя ведет Ната. Возраст, так сильно разделявший их, уже не учитывался! Само собой, что не оспаривались и мои решения — но всегда обсуждались на своеобразных собраниях. Они стихийно возникали по вечерам, когда мы отдыхали после напряженного дня. Во время одного такого Бен высказал предположение, что прямо под нами может находиться вода. Он руководствовался какими-то своими инженерными познаниями, в которых мы мало что смыслили. Сама идея показалось здравой — Бен предложил, а мы одобрили, вырыть прямо на месте стоянки, колодец. Отдаленность родника от жилища никого не устраивала. К тому же, хоть чистота ручья, впадающего в Синюю, и не подвергалась сомнению, но, по его мнению, вода в колодце, отфильтрованная глиной и песком, будет еще лучше. Так как у меня имелось смутное желание устроить нечто вроде изгороди, по периметру, на случай нападения врага, свой источник внутри лагеря никак не мог помешать. Это соображение убедило всех больше прочих, хотя до сих пор чужаки так и не появились. Нас тоже стало больше, но не до такой степени, чтобы перестать бояться их прихода…