Страница 30 из 61
- Да-а, опасная у вас, оказывается, работа - посочувствовал Мазаев.
- И тяжёлая - пожаловалась девушка. - Круглый год и в дождь и в жару каждый день положено объехать участок. И ни-ни тебе заболеть или ещё по какой причине не выйти на службу! Ведь на весь посёлок я одна! А начальство ещё привлекает к сортировке поступающей почты, и другие обязанности повесил, за которые мне, между прочим, не доплачивают.
- Выходит вы незаменимый человек! - улыбнулся Гордей, поднимаясь с корточек и возвращая насос.
Круглое простовато-милое лице почтальонши осветилось улыбкой. Ей понравилось, как он развернул её слова.
- А хотите чаю! - она извлекла из своей пухлой сумки небольшой цветастый термос и протянула ему крышечку с напитком изумрудного цвета. - Я люблю заваривать чай из мяты, мелисы и различных цветов, которые выращиваю в своем садике. Получается восхитительный напиток, который, к сожалению, мои девчонки иначе, чем травой, именовать отказываются. Им подавай индийский "со слоном".
Выпив "чашку", Гордей похвалил напиток, после чего вскочил в седло и помчался навёрстывать упущенное время. Почтальонша крикнула ему вдогонку:
- Удачи вам!
Он вскинул руку в прощальном приветствии. Мимолётная встреча оставила по себе очень тёплое послевкусие на душе и улыбку на его лице.
*
- У вас такой вид, словно по пути сюда вас поцеловало ангельское создание - с лёгким раздражением заметила Агния.
- Может так оно и есть - не стал отрицать Гордей.
- Поэтому то вы опоздали?
- А почему ты не оделась во что-нибудь более подходящее, как я советовал? - в свою очередь выразил недовольство Гордей.
- У меня другого просто нет - Она холодно пожала плечами.
Библиотекарша явилась в лёгком лиловом платье и туфельках, будто на прогулку по набережной. Хотя более уместны были бы кеды и спортивный костюм. Сам он облачился в "треники" и в футболку. Потому что не на свидание собирался, а на вылазку в горы.
"Хорошо ещё, что не нацепила каблуки" - раздражённо подумал Мазаев, и бросил:
- Хорошо, пошли.
Некоторое время шагали молча. Его снова злило это её "выканье", будто нельзя быть проще с людьми. Интересно, сколько ещё ей потребуется времени, чтобы подпустить человека на дружескую дистанцию?!
От спутницы тоже исходило раздражение. Но вот они выбрались на простор, и им открылся широкий пёстрый мир. Пара даже остановилась, любуясь лоскутным покрывалом маковых полей, плантаций роз и полных разнотравного изобилия лугов. Отсюда открывался потрясающий вид. Слева в низине раскинулся посёлок. Дома утопали в густой зелени садов. Впереди поднималась лесистая горная гряда. Изумрудные склоны постепенно поднимались почти до самых облаков.
Вскрикнув от восторга, Агния скинула с себя туфли. Радостное чувство мгновенно изгнало у неё из головы все дурные мысли. Гордей тоже не собирался продолжать дуться. Пора уж свыкнуться с тем, что настроение приятельницы похоже на переменчивую погоду, когда, то выглянет солнышко, то снова спрячется за облачко.
Они посмотрели друг на друга без вражды, после чего взялись за руки, сразу исчезла тяжесть, и путь стал в радость. Трава по колено, цветы, земляника -- не оторвешься. Солнце уже не прямо над головой и нет той изматывающей жары как в середине дня... По приятной прохладе удалось достичь леса, сохранив бодрость и любопытство.
По пути Гордей объяснял, что там дома уже не будет той свободы и лёгкости, как здесь:
- Поэтому то вы и остались ещё на неделю?
- В том числе. Там мы снова вынуждены будем играть по навязанным нам правилам. Там зло защищено высокими должностями, прикрывается маской благопристойности, носит костюмы солидности. Попробуй, скажи в лицо подлецу, если он при высокой должности, что он подлец - тебя все посчитают чудиком. Здесь же мы свободны быть собой, потому что вне иерархических рамок. Мой дед говорил, что, не смотря на всю кровь и ужасы войны, только там, на фронте он был по-настоящему счастлив.
- Простите, но это упрощённое понимание справедливости - не согласилась Агния. - По-моему интеллигентный человек в любых условиях должен быть готовым отстаивать истину.
- Я же технарь - пояснил Гордей со смиреной улыбочкой. - Говорю и мыслю коряво, примитивно, но... - тут глаза его загорелись огнём. - Когда при мне пятеро топчут одного, я найду слова, чтобы сразу стало понятно, что лежачего бить грешно...
И по мере изменения высотности менялась природная картина. Вслед за дубравой пошёл буковый лес.
- Мне даже кажется, что я снова в армии, и мы с вами идём в разведку, - Переводя дух, сказал Мазаев. Они только что преодолели длительный подъём и вышли на относительно ровную площадку, остановились, чтобы отдышаться, и подивиться окружающей красоте. Вокруг колоннада старых буков, их кроны смыкаются так высоко, что есть ощущение, будто стоишь под куполом огромного храма. Приглушённый полумрак, старое серебро могучих стволов, торжественная тишина усиливают ощущение величия места. Агния, словно вернулась в детство. Она озорно крикнула, чтобы послушать долго затихающее вдали эхо, а затем, повернувшись к своему спутнику, с иронией объявила:
- Просто вы ещё мальчишка.
- А что в этом плохого? - добродушно спросил он. - Стать взрослыми и солидными мы всегда успеем.
Вскоре пейзаж снова изменился, они оказались среди скал, на которых росли кривые выносливые деревья. На камнях -- ржавые разводы лишайников. А по земле золотым ковром стелются цветы-звёздочки, а ещё видны какие-то розовые и белые растения; выглядывают из-за валунов голубые головки цикория. Начитанная кажется решительно обо всём спутница Мазаева даёт ему понюхать какое-то растение с нежным цитрусовым ароматом и поясняет, что это железница крымская, и даже засушенная она долго сохраняет нежный запах лимона.
От камней поднимаются токи нагретого воздуха, а над головой в безоблачном небе парят орлы, описывая широкие круги. Когда благородным хищникам приходится набирать высоту, слышно, как далеко вверху их крылья мощно рассекают воздух. Чета воронов, больших, иссиня-черных прилетела и расположилась на ветке полюбопытствовать, кто это проник в их владения.
- Кажется, нам тут не слишком рады, - в ответ на недовольное карканье, предположила Агния.
- Да нет, они нас так приветствуют.
Она рассмеялась.
- У вас на всё оптимистический взгляд.
- Ну вы же сами предлагали внимательно наблюдать за жизнью и истолковывать посылаемые знаки. Вот я и истолковал их реакцию на наше появление, как приглашение проникнуть в самые сокровенные тайны этого леса.
- И что, по-вашему, нас ожидает в самом сердце этой чащи?
- А разве не ясно? Конечно избушка на курьих ножках! А в ней старая карга с костяной ногой, которая предложит доброму молодцу полезать в печку, чтобы под ногами не мешался, а красну девицу с большой выгодой для себя сплавит кощею бессмертному...
Так дурачась, через пять минут они вышли на поляну, а за ней начался сосняк с солнечными зайчиками, с запахом хвои и грибов. Путешествие напоминало прогулку по галерее, где всё специально устроено так, чтобы глаз не уставал от однообразия. Агния то и дело останавливалась, чтобы чем-то громко восхититься или сфотографировать. Гордею же было удивительно, что всего две недели назад, оказавшись в этом лесу, он чувствовал себя в нём неуютно. Теперь то давнее видение мечущейся среди деревьев фигуры казалось ему нереальным. Хотя, учитывая последние события....
Послышался манящий к себе звон воды. Продравшись сквозь заросли дикой малины вперемежку с папоротниками и хвощами, молодые люди осторожно спустились по склону небольшого оврага к ручью. Здесь решили отдохнуть. Гордей снял кеды, связал шнурками и повесил себе на шею, после чего вошёл в поток. Вода приятно охладила натруженные ступни.