Страница 111 из 153
- Вы считаете, что когда-то я смогу назвать себя частью и народа людей и народа эльфов? - склонил голову юноша.
- Важно не быть частью какого-то из народов, Стефан, - улыбнулся эльф. -Важно быть частью мира. - выделив последнее слово, произнес он.
Парень глубоко задумался и больше не говорил этой ночью. Они вдвоем, какое-то время молча понаблюдав, как вышедшая на лед ночная птица разгуливает по нему, затем, когда она улетела, пошли к саням, где не говоря ни слова, укутались в шкуры и закрыли глаза, погружаясь в долгожданный сон.
Утро настало рано, и было начато с не слишком приятных известий. Серая с черной коймой черных пятнышек у шейки, птица, спикировав, уселась на ручку саней и громко заверещала, будя всех, кто спал, завернувшись в шерсть. Трое из четырех сразу же вскочили, оголив клинки и направив их на животное. То мгновенно замолчало и испуганно отшатнулось, слегка дернув крыльями и переступая по обледеневшей деревянной рукояти. К одной из лапок ее был привязан маленький, свернутый в трубочку, кусочек пергамента, который тут же забрал у посланника Стефан.
- Птица дозора. - сообщил Джи, хмурясь. - Что там?
Кэнивэльский не сразу ответил, вчитываясь в написанное, и его лицо все мрачнело.
- Лорд Жандаль пишет, говорит, что разослал уже пять птиц, и ни одна из них нас не нашла, он переживает, спрашивает, зачем мы покинули место назначения, куда он нас отправил, и откуда вернулись ни с чем четыре птицы. - Парень поднял взгляд на побледневшего Докнайта. - Он зол, кажется. - Взгляд серых глаз вновь опустился на бумагу. - "возвращайтесь как можно скорее, забудьте про меч, если его не нашли, жизни граждан важнее. Если не вернетесь через четверо суток, будете считаться пропавшими без вести, а если вернетесь позже - попадете под трибунал. Отпишитесь, как сможете". Что за хамство? - возмущенно скомкал лист блондин. - Какой к черту трибунал, они там что совсем с катушек съехали?! Дайте кто-нибудь угля, я напишу им все что думаю.
- Так, нет. - Джи выхватил у напарника лист и расправил его, доставая из сумки кусочек угля. - Ты сейчас такого понапишешь, нас и без четырех суток под трибунал отправят, а то и сразу на плаху, я сам напишу.
- Нет, это нормально? - продолжал распылятся Крозис, помогая Браену и Линералю приводить сани в первоначальный вид и запрягать в них собак. - Мы делаем то, что надо, что за претензии к нам?
- Стефан, ты немного не правильно, кажется, понял суть Священного дозора. - мягко усмехнулся Фозаэрус. - Это нормальная, штатная ситуация, по-другому они не работают. И я более чем уверен, что по приезду вас ждет выговор за то, что покинули Серые воды. - многозначительно поднял брови эльф, закрепляя последний ремень на виляющей в нетерпении хвостом собаке.
- Да я сам им выговор устрою. - буркнул Стефан, которого тяжело можно было бы назвать напуганным. - Совсем охамели.
- Что ты как дед старый бубнишь. - вновь усмехнулся, оголяя передние зубы, Линераль. - Все, садимся. Мы можем ехать, Браен?
- Да, да... - покивал мужчина, что все это время с интересом слушал перепалку, молча помогая готовиться к отъезду. - Советую сейчас сразу вытащить еду, по пути перекусить, стоять нам некогда, а во время поездки лучше не отвлекаться на копание в сумках.
- Мы едем домой ведь? - что-то заподозрив, спросил у своих спутников Докнайт.
Те только переглянулись и синхронно улыбнулись.
- Мы почти у цели, куда нам домой. - покачал головой Стефан. - Я прошел все это не ради того, чтобы теперь возвращаться, тем более мистеру Браену надо в город, а он нам в личные кучера не нанимался.
- Мы не успеем за четыре дня тогда! - всполошился брюнет, вставая между санями и путниками. - Я не желаю попасть под трибунал!
- Ой, никуда ты не попадешь. - буркнул блондин. - слушай, ты сам хотел сюда, это из-за тебя мы проделали весь этот чертов путь, это из-за твоей этой непонятной затеи меня чуть не сожрал болотный гигант, а перед ним еще и русалки! Так что сейчас ты захлопываешь свой рот, и мы едем дальше. Возвращаться с пустыми руками теперь еще хуже, чем было раньше. Все, мы уезжаем, и ты едешь с нами. - он толкнул друга плечом с прохода и взобрался в повозку.
Когда все устроились в ней, Докнайт последовал их примеру, пусть и не по своей воле, но оставаться в этой глуши одному ему хотелось сейчас меньше всего.
Сани вновь рванули с места, вздымая волны блестящего в ранних солненчных лучах, снега. По утру лес уже не выглядел столь опасным, пугающим и отталкивающим, каким был под светом звезд, и путники быстро выбрались из него на открытое пространство, если его можно было так назвать.
- О боги... - прошептал Джи, оглядываясь.
Высунув языки и бодро перебирая ногами, десять собак вылетели из-под нависающих арок деревьев, уводя за собой сани, и все четверо увидели, куда вывела их нелегкая. Упряжка, не сбавляя ходу неслась по весьма неширокой тропинке, что бежала на долгие километры вперед, петляя и снуя меж скалистых гор, которые будто стены, создавали ощущение едущим, что они продвигаются по узкому коридору, полному снега и имеющему лазурное небо вместо потолка. Верхушки гор не были слишком высоки, и у самых их краев виднелись раскинутые на сотни метов гнездовья каких-то крупных птиц, что стаями носились вокруг, то и дело разделяясь, или наоборот сплачаясь. Темный лес остался позади, а впереди только белел предвещающий новый день горизонт, из-за которого медленно поднималось светило.
- Слушайте, Браен, - подал голос Докнайт, что поначалу с восхищением разглядывал окружающий пейзаж, но вскоре потерял к нему бурный интерес, и в его глазах вновь поселилась тревога, видимо не давало ему покоя то письмо. - А в Никсуране везде так снежно? Неужели нет обычных полей, лесов? Тут повсюду так холодно?
- Что вы, господин Докнайт! - хохотнул извозчик. - Тут еще не холодно! Вот что на западе твориться,у самой Грани Неба, вот там конечно страшно! А уж что за ней и за Даназэсом - вообще мало кто знает, говорят там такой лютый холод, что люди, что пытались хотя бы пройти там просто падали замертво посреди дороги от того, что у них в жилах замерзала кровь!
Спутники рассказчика с сомнением переглянулись, но спорить не стали и только покивали головами, оценивая степень пригодности для жизни сего места, а так же стойкости тех, кто здесь проживает.
- А что такое Грань Неба? - задал вопрос Мауер.
- О, парень, это то, что стоит увидеть хотя бы раз в жизни. Вы же знаете Диаорис? - получив кивки, Браен продолжил,- Так вот это гора, и она не уступает в своей высоте нашему вулкану. И еще, ее вершина полностью покрыта льдом, так что на нее никому не взобраться, а в самой горе находятся уходящие в глубь земли на сотник километров шахты, там добывают редкие породы камней, минералов, железа. Вокруг горы, точнее на ней самой, почти у подножия, выстроен целый город - Эарох, слышали может быть, красивейшее место, несмотря на то, что место жительства в основном шахтеров.
- А из Лайтара эту гору видно?
- А то!
- Тогда может и увидим.
Несколько часов они провели в молчании, только иногда Стефан разворачивал карту, задумчиво хмыкал, оглядываясь вокруг с таким видом как будто не сменяющиеся пейзажи ему что-то сказали и заворачивал ее обратно под насмешливыми взглядами спутников. Но и этому спокойствию пришел конец: Браен, в очередной раз глянув в небо, вдруг резко затянул поводья, крикнув "Стой!", и собаки заскользили по снегу широкими лапами, а сама повозка, развернувшись по инерции проехала еще несколько метров. Извозчик стал быстро оглядываться в поисках чего-то, затем дал команду и собаки вновь рванули вперед, но не так быстро и вошли в первый же поворот, который оказался неглубокой пещерой в горе. Пол, как и стены и потолок в ней, были полностью покрыт тонкой коркой льда, и проникающие к ним солнечные лучи затейливо играли в сверкающих кристалликах его отколовшихся частичек и в нем самом. Не приученные бегать по льду, животные быстро сбились с темпа и, скользя, отошли как можно дальше, где и встали по команде Браена.