Звёзды

― Йона, там ничего нет.

― Я знаю. ― Нир непонимающе посмотрел на сестру и увидел: она улыбается. ― Попола, Девола и Вайс сказали то же самое. Но ведь можно представить звёзды. Попробуй, братик.

Слабо понимая, для чего это всё, Нир всё-таки перевёл на небо взгляд. Как писали о звёздах в книгах? Маленькие сияющие точки, жемчужной россыпью укрывающие небо. Наверное, они были похожи на солнце, только очень, очень маленькое. Нир мысленно раскидал по серому небу крошечные «солнца». В его воображении это выглядело ужасно.

― Я читала, что звёзды очень красивые, ― сказала Йона. ― И ночью они горят очень ярко, и везде становится светло, как днём. Я бы хотела на это посмотреть.

Нир молчал. Йона смотрела печально, тоскливо, как будто потеряла что-то важное ― что-то, что уже не вернуть.

― Вайс рассказывал мне о созвездиях, ― продолжала Йона. ― Их так много! Есть созвездие Журавля, есть созвездие Дракона, Орла, Лебедя… ― она запнулась, вспоминая остальные, а потом пожала плечами: ― Их очень много.

― Откуда Вайс всё это знает?

― Мне кажется, он знает всё. И Попола тоже. Она говорила, что звёзды похожи на Лунные Слёзы.

― Звёзды? На цветы?

― Ага, ― кивнула Йона. ― Маленькие-маленькие Лунные Слёзы. Попола сказала, что иногда звёзды падают. И если в это время загадать желание, оно обязательно исполнится. Что бы ты загадал, братик?

― Чтобы ты поскорее выздоровела, ― без раздумий ответил он.

― Я так и знала! ― засмеялась Йона, но от Нира не укрылся её печальный взгляд. Подумав, она сказала: ― Жалко, что не видно звёзд. Я бы тоже загадала желание.

― Какое?

― Секрет, ― хихикнула Йона. «Я бы загадала, чтобы ты больше никуда не уходил, братик, ― подумала она. ― Я бы загадала, чтобы ты всегда был рядом».

Йона открыла глаза и, с трудом сев, осмотрелась. Она была рядом с домом, в саду с давно засохшими растениями; она пыталась ухаживать за ними, но не всегда позволяло здоровье. Она помнила тот день, когда вернулась в деревню, когда вернулась домой и удивилась всему, что здесь было. Почему в саду росли пшеница и помидоры? Никто за ними не ухаживал вот уже пять лет — с тех пор, как её забрал Лорд Теней. Почему растения не погибли? И почему в самом доме было две комнаты, две кровати? Разве она всю жизнь жила не одна? И почему на гладкой поверхности пруда рядом с домом плавали Лунные Слёзы? Жители деревни не могли ответить на её вопросы. Ещё и Попола с Деволой пропали ― с тех пор сюда часто приходили Тени, нападали на людей и убегали, чтобы снова появиться через пару дней. Йона чудом избегала встречи с ними.

А однажды она пересеклась с Кайне ― девушкой, которая победила Лорда Теней и спасла её. Впервые Йона увидела её там, в замке, но точно знала: её имя она часто слышала задолго до этого. Кто-то рассказывал о ней. Но кто? В последнюю их встречу Йона спросила об этом у Кайне, но она ответила, что ничего не знает. Всего на секунду Йона уловила в её взгляде то же непонимание, ту же озадаченность, которую испытывала сама.

В этом пазле не хватало маленького, но самого важного кусочка.

Йона тихо простонала, спрятав в ладонях лицо. Голова раскалывалась. Почему? Это после сна? Или она не уснула, а потеряла сознание? Кажется, всё-таки потеряла сознание, иначе сидела бы сейчас не на земле, а в кровати. Йона тяжело вздохнула. Болезнь подступила совсем близко ― холодила кладбищенским дыханием кожу, мёртвой хваткой стискивала горло. Йона понимала, что доживает последние дни. Может, поэтому не боялась приходящих сюда за кровавой жертвой Теней. Может, поэтому и они не обращали внимания на неё.

Мерзкая болезнь. Наверное, Йона заразилась от мамы. Ведь их мама умерла от болезни ― наверняка от той же, которая уже долгие годы мучила Йону.

Секунду. Их мама?

Их?

Был кто-то ещё? Как бы Йона ни пыталась, она не вспомнила ничего. Она посмотрела на небо. Уже ночь. Когда-то давно она воображала, что видит звёзды. И однажды заставила представить то же самое Пополу, Деволу, Вайса и… Кого же ещё? Может, Кайне? Нет, Кайне никогда здесь не была.

Кого же ещё?

Она глядела на пасмурное небо и старалась вспомнить. Она рассказывала кому-то про звёзды и созвездия, про звездопады, во время которых исполнялись любые желания. А как тогда хотелось увидеть падающую звезду! Йона грустно улыбнулась. Прошло всего несколько месяцев после возвращения домой, а она уже увидела достаточно, чтобы потерять веру. Звёзды горели для кого-то, но только не для неё. Звёзды падали, унося с собой обещание исполнить чью-то мечту, но только не её. В их мире больше не было звёзд. В их мире больше не было надежды. Надежды на чудо, надежды на спасение, надежды на счастье ― неважно. Её уже не было. Желания, загаданные под неугасаемым светом солнца, не исполнятся никогда.

Они все обречены.

Йона подошла к пруду, опустилась на колени и, зачерпнув ладонями воду, поймала белоснежный цветок. Попола говорила, что звёзды похожи на Лунные Слёзы. Из-за формы? Из-за цвета? Или из-за чего-то ещё?

― Говорят, Лунная Слеза может исполнить любое желание, ― однажды сказал ей кто-то.

― И даже вылечить мою болезнь? ― спросила Йона.

― И даже вылечить твою болезнь.

После этого она загорелась желанием найти этот цветок, но сильно оплошала.

С кем она тогда говорила? И кто выручил её?

Йона вздохнула. Она ничего не помнила. Совсем ничего. Она ловила в воде цветы, эти павшие звёзды, и молила, чтобы они исполнили единственное её желание: помогли вспомнить то, чего она не должна была забывать. Что-то очень важное.

Спутанные, нечёткие воспоминания пролетали так быстро, что Йона с трудом различала их.

Все эти годы кто-то был рядом. Заботился о ней. Помогал ей. Старался изо всех сил ради неё. Кто-то очень близкий. Кто-то родной.

В груди вспыхнуло неистовое пламя, и Йона схватилась за сердце, еле-еле дыша. По коже поползли чёрные письмена. Тело онемело, и Йона упала на землю. Боль ослепляла, пробиралась в самую душу, выворачивала наизнанку.

Ясный образ озорного парнишки мелькнул в воспоминаниях. Йона из последних сил ухватилась за него. Белые волосы, серые глаза, отражающие небесную голубизну, и нежность во взгляде. Это…

«Братик», ― была последняя мысль. Сердце остановилось. Смерть стальной рукой сжала горло, не давая дышать. Тёплая улыбка тронула губы, и Йона закрыла глаза ― уже навсегда.