Страница 27 из 38
Структура города. Одним из таких мифологических представлений, одинаково принимаемым как ортодоксальной, так и неортодоксальной индийской традицией, была идея о структуре места обитания живых существ – чакравалы, имеющего форму колеса (чакры). Центром мироздания объявлялась гора Меру, на верхних террасах которой находится, согласно ведийской традиции, дворец царя богов Индры (в буддизме – Шакры). По краям этой мифологической ойкумены располагались четыре материка, ориентированные по основным сторона света. На востоке от Меру находился континент Пурвавидеха («Восточная Видеха»; слово пурва означает также «первый»); на юге – материк Джамбудвипа, где, согласно древним представлениям, и обитали люди; на западе – земля Апарагодания (Аварагодания; слово апара/авара, помимо «западный», означает также и «последний»); наконец, на севере расположен материк Уттаракуру («Северный Куру»; уттара означает также «высший») – мистическая земля на севере, где царят процветание и благоденствие.
Таким образом, структурное изображение вселенной – мáндала – в древнеиндийской традиции представляется в виде круга с центром, из которого расходятся четыре основных направления, ориентированных по сторонам света. Согласно этим представлениям и строился город в «классической Индии», а также в древних государствах Южной и Юго-Восточной Азии – ареале распространения индийской культуры. Роль центра в древнеиндийском городе играл ассоциировавшийся с горой Меру и обителью Индры царский дворец – средоточие политической, экономической, религиозной жизни города. За стенами дворца располагались казна, суд, общественные амбары, главный храм, гарнизон. От дворца расходились главные городские дороги, расположенные также по направлению четырех сторон света. Престижными районами, где селилась городская знать, считались северная (по аналогии с «землей благоденствия Уттраракуру») и восточная (восточное направление особо почиталось в древней Индии) части города, соответственно, городская беднота селилась, как правило, на южной и западной окраинах.
Необходимо отметить, что такие достижения предшествующей индской цивилизации, как, например, городская канализация, общественные колодцы, были приняты на вооружение ариями и всячески поддерживались.
Структура зданий. Жилища простых людей в «классической Индии» практически не отличались от домов представителей индской цивилизации: жилые и хозяйственные помещения также располагались по периметру двора, в центре которого мог располагаться частный колодец. Центральное место в доме занимал алтарь, где главой семейства совершались необходимые жертвоприношения. Особый интерес представляет структура дворцов, культовых сооружений – храмов, буддийских ступ и т. д.
И здесь вновь необходимо обратиться к ведийской мифологии, а именно к сюжету о жертвоприношении Пуруши – космического первочеловека, которого боги умертвили и, расчленив, создали из частей его тела вселенную. Культовые сооружения (как отдельные храмы, так и целые храмовые комплексы) древней Индии строились так, что они схематично были вписаны в фигуру человека, воплощая тем самым принцип возникновения вселенной из тела Пуруши. Однако как светские, так и культовые сооружения строились и по принципу мандалы – в символической форме повторяли очертания горы Меру.
Социальная структура древнеиндийского общества136. Аналогичный мифу о возникновении вселенной из принесенного в жертву Пуруши сюжет о возниконовении четырех сословий – варн – древнеиндийского общества из частей тела бога Брахмы. Так, согласно ведийской традиции, из уст Брахмы возникли жрецы – брахманы, чья прерогатива – совершение жертвоприношений, объявлявшихся залогом сохранения мироздания от неминуемого апокалипсиса; также в ведении брахманов находились вопросы управления государством, благодаря чему жрецы были бессменными советниками правителей в политических делах137.
Из груди Брахмы появились кшатрии – воины и правители, из бедер Брахмы появились вайшьи – торговцы и ремесленники, свободные крестьяне. Слуги шудры возникли из стоп Брахмы, поэтому их удел – вечное служение представителям первых трех варн.
Стратификация древнеиндийского общества была замкнутой, и социальная мобильность была исключена, только праведным поведением, «согласно своей варне и ашраме», по прошествии многих и многих рождений в одной и той же социальной страте было возможно заслужить «карьерный рост» – рождение в более высоком сословии.
Семья и брак, мужские и женские статусы в «классической Индии». Классическая индийская семья, патриархальная и патрилинейная, включает абсолютно всех родственников – братьев, дядьев, двоюродных братьев и племянников, приемных детей, внуков и всех побочных родственников по мужской линии, являясь таким образом довольно крупной социальной ячейкой. В понятие семьи также включались и слуги, домашние рабы, ученики, проходящие курс обучения в доме брахмана. Необходимо отметить, что не отдельно взятый человек, а семья в целом являлась «мельчайшей единицей измерения» населения региона. Семейные узы были настолько крепкими, что кровнородственные отношения внутри семьи нередко теряли отчетливость: сын главы семейства мог свободно обратиться с просьбой к любой из жен своего отца, и та относилась к нему как к родному.
При рождении младенца совершалась первая в его жизни церемония джатакарма. Ребенку перерезали пуповину, нашептывали на ухо защитительные заклинания (мантры), мазали язык смесью меда и топленого масла гхи, давали имя, которое тщательно хранилось в тайне родителями вплоть до обряда посвящения в ученики138.
Упомянутый выше термин ашрама означает возрастную стадию в жизни «дважды рожденного» – мужчины первых трех варн. Первой ашрамой как раз и являлась стадия ученичества – брахмачарья, знаменующая собой уход из родительского дома в семью учителя – гуру. Именно во время этого ритуала посвящения мальчик получал так называемый шнур дважды рожденного, т. е. в процессе ритуала получал второе имя.
Примечательно, что во время данной инициации родители, передавая сына брахману с рук на руки, произносили следующую формулу: «Господин! Мы поручаем Вам нашего ребенка. Учите его, бейте его! <…> Мясо Ваше, кости наши». Данная словесная формула наглядно демонстрирует, что наказание выступало легитимным орудием образования, которое являлось, вне всякого сомнения, платным и очень дорогим, так как обеспечивало обучающемуся возможность занять весьма прибыльную должность. А грамотные люди неизменно пользовались спросом на древнеиндийском рынке труда. Родителям стоило больших трудов обеспечить своему чаду достойное образование, поэтому результат должен был быть стопроцентным вне зависимости от способностей к обучению у новоиспеченного школяра.
Тем не менее фраза «Мясо Ваше, кости наши» означает, что физическое воздействие допускалось лишь по мышцам, без переломов, поскольку неправильно сросшиеся кости могли привести к увечью, полной или частичной потере трудоспособности нерадивого студента, что в свою очередь могло сделать невозможным дальнейшую женитьбу, а также наследование профессии отца.
Считалось, что дети из брахманских семей, от рождения самые способные, могли начать обучение в 6–8 лет, тогда как дети кшатриев – в 8–10, самыми неспособными к обучению рассматривались дети вайшьев, вступавших в стадию брахмачарьи к 10–12 годам. Считается, что девочки не проходили стадию обучения, их «наукой» было обучение премудростям ведения домашнего хозяйства и заботы о будущем муже. Однако образцы индийской пластики наглядно демонстрируют, что девочки, по крайней мере, из высокородных – брахманских и кшатрийских – семей владели грамотой: могли читать и писать. Представительницы знатных родов были, как правило, довольно образованными – до наших дней дошли образцы поэзии и драмы, созданные женщинами.